Академия хаоса. Когда рушатся стены

 – Светло, тепло, птички поют…

– Ворона это, – проворчал он, но все же пошел в сторону дерева, склонившимся над гранитной плитой.

А я присела на серый памятник и запрокинула лицо к солнцу. Быть может, еще вчера задание Изергаста показалось бы мне сложным, но сейчас я вполне ясно представляла, что написать. Пусть в моем некрологе и не будет упоминаний о подвигах или великих свершениях, но я хотела наполнить свою жизнь любовью и служением близким людям. И хорошо бы их было побольше.

– Ужасное задание, – пожаловалась Миранда, присев рядом.

– В том и смысл, – ответил Эрт. – Нам всем стоит задуматься о том, какую жизнь мы хотим прожить. Миранда, так ты и правда порвала с Джафом?

– Нет! – донеслось из-под березы.

Фирьен прогуливался по кладбищу как по улице, разглядывая надписи на памятниках точно лица прохожих, Ник уже что-то строчил, прислонившись спиной к нагретому солнцем граниту, Рурк же, засунув руки в карманы, повернулся в сторону Стены и хмурился, принюхиваясь к чему-то.

– Я напишу, чтобы мой прах развеяли по воздуху, – заявил Фирьен, остановившись. – И пусть Изергаст ставит незачет, если хочет. Все эти камни, сырая земля – не мое.

Миранда вытянула ноги и крутила карандашом над пустой страницей.

– Ладно некролог, – проворчала она. – Строки на памятник – еще сложнее. Квинтэссенция смысла.

– Можно списать, – посоветовал Эрт, широким жестом обведя кладбище.

Миранда обернулась и с трудом разобрала строки, выбитые на камне:

– Лучший овцевод, великий пахарь и любимый дед.

– Обращайся, – ухмыльнулся он и направился куда-то к ограде.

– А ты куда? – выкрикнула я ему в спину.

– Пойду прилягу в свою вчерашнюю могилу, там отлично думается, – ответил он.

– Стой, – приказал Рурк, задержав его, а потом вдруг вороны все до одной взмыли в небо черной тучей.

Могильная плита задрожала подо мной, и я вскочила с места. Джаф молниеносно подбежал к нам, оглядываясь по сторонам и скаля зубы как волк, ожидающий нападения.

Второй толчок был сильнее первого, и один из памятников заскрежетал и рухнул, расколовшись.

– Это проделки Изергаста? – воскликнул Ник. – Он специально это устроил?

– Тоже чувствуешь смерть? – тихо спросил Эрт, и его и без того светлые глаза стали белыми, как молоко. – Она словно разлита в воздухе.

– Это идет от Стены, – прошептала Миранда, вытянув руку.

Сбившись в кучу, мы смотрели на горизонт, где за темной каемкой клубился хаос.