Порожденная грехом. Часть 2

— Ты обесчестила себя и свою семью. Это было так отвратительно. Я бы никогда не поцеловала грязного байкера.

— И никого, кроме моего будущего мужа, — добавила другая.

— Да, — согласилась Крессида. — Мне жаль Амо, что у него такая шлюха в качестве сестры.

Мои брови полезли на лоб. Эта девушка всегда раздувала конфеты в моей заднице. Очевидно, теперь она увидела свой момент, чтобы возвыситься надо мной. Неправильный ход, маленькая девочка.

— Если ты не хочешь, чтобы твой отец провел остаток жизни, оттирая грязь с полов контейнеров, тебе лучше следить за своим языком, Крессида. Возможно, однажды ты станешь достаточно смелой, чтобы быть хозяйкой своей жизни, а не позволять другим людям быть твоей хозяйкой.

— Ты все еще шл…

Мэддокс вышел в коридор, заставив Крессиду побледнеть и захлопнуть рот."

"— Не позволяй мне прерывать тебя, — сказал он голосом, который заставил Крессиду сделать шаг назад.

— Мы должны идти…

— Уже? — спросил Мэддокс. — Может, ты хочешь поделиться своим мнением обо мне со мной с глазу на глаз?

Она покачала головой, затем выражение ее лица изменилось на облегчение.

— Ох, Амо, — воскликнула она, когда Амо появился в коридоре.

Амо едва взглянул в ее сторону.

— Что здесь происходит?

— Ничего, — быстро ответила Крессида. — Не хочешь присоединиться ко мне на террасе? Хочу подышать свежим воздухом.

— Девочки только что сообщили Марселле, что в их глазах она шлюха, — сказал Мэддокс.

Я бросила на него взгляд, чтобы он замолчал. У Амо тенденция становиться слишком заботливым и совершать глупости в режиме «младший брат, но веду себя как старший».

Амо посмотрел на меня в поисках подтверждения. Я пожала плечами.

— Девочки имеют право на свое мнение, если только они будут держать его при себе в будущем, верно, Крессида?

Крессида поджала губы и посмотрела на Амо. Я видела, как разозлился брат, хотя он научился скрывать свои эмоции за эти годы.

— Как насчет того, чтобы поговорить на террасе? — сказал Амо Крессиде.

Она неуверенно кивнула, явно не зная, влипла ли она в неприятности. Прежде чем они ушли, я схватила Амо за руку.

— Она того не стоит. Не делай глупостей.

— Ты меня знаешь, — сказал Амо.

— Действительно.

Амо стряхнул мою хватку.

— Я просто прослежу, чтобы люди уважали нашу семью.

Он исчез.

Я вздохнула.

— Он совершит какую-нибудь глупость.

— Он подросток, они должны совершать глупости.

— Есть глупости, а есть такие глупости, как у Амо, и последние это всегда плохая новость.

Мэддокс усмехнулся.