Целительница для графа (СИ)

Нельзя, чтобы он видел мои слезы.

Я знала, что прямо сейчас наши жизни расходятся. И что мы, скорее всего, никогда больше не увидимся, не почувствуем прикосновения друг друга, не услышим голоса друг друга.

Наступил неловкий момент прощания. Я чувствовала, как ком подкатывает к горлу, душит меня изнутри, но старалась держаться, чтобы не разрыдаться, как маленькая девочка.

Инар оделся и подошел ко мне, взял мое лицо в теплые, сильные ладони и нежно посмотрел в глаза. Его взгляд был полон нежности и… сожаления?

– Элис… – прошептал он, и его голос звучал хрипло, словно ему самому было тяжело произносить эти слова. – Я никогда не забуду эти дни, проведенные с тобой. Они были… особенными.

Я молчала, боясь, что если открою рот, то дам волю чувствам, и слезы хлынут потоком, разрушив все мои усилия сдержаться.

– Я знаю, мы договаривались, что у нас нет будущего, – продолжил он, и его голос звучал виновато. – Но, поверь, мне очень тяжело уходить. Гораздо тяжелее, чем я предполагал.

Он притянул меня к себе и крепко обнял. Я почувствовала тепло его тела, запах его кожи, леса и чего-то неуловимо мужского, и на мгновение мне захотелось остановить время, навсегда замереть в этом объятии, оградившись от всего мира.

– Прощай, Элис, – прошептал он, отстраняясь, и в его глазах я увидела искреннюю боль.

– Прощай, Инар, – смогла выдавить я из себя, и мой голос дрогнул.

Он повернулся к Карлу, который все это время молча наблюдал за нами с жёрдочки."

"– Карл, – обратился к ворону Инар, – Спасибо тебе за твою помощь и твои мудрые советы.

Карл склонил голову, демонстрируя некое подобие уважения.

– Наконец-то кто-то меня по достоинству оценил, – прокаркал он. – Рад был знакомству, граф Инар.

– Береги Элис, – попросил Инар. – Она нуждается в твоей защите. И в твоей мудрости.

– Не беспокойся, – ответил Карл. – Я присмотрю за ней. Как всегда. Прощай, Инар.

Инар кивнул и посмотрел на меня в последний раз. В его глазах плескалась прощальная нежность.

– Прощай, Элис, – повторил он, и его голос дрогнул.

Он вышел из избушки, оставив меня наедине с тишиной и болью. Я, не в силах больше сдерживать слезы, закрыла лицо руками, и они хлынули потоком, обжигая щеки. Я слышала, как он уходит, как шуршат листья под его ногами, как стихают звуки его шагов.

– Ну, ну, не плачь, – услышала я хриплый голос Карла.

Я опустила руки и посмотрела на ворона. Он смотрел на меня с сочувствием в своих умных, черных глазах, словно понимая всю глубину моей печали.