Яд Горькой Любви

Сердце бешено стучало и конечно не хотелось бы признавать, но присутствие муженька подбадривало. Макс, конечно, был редким трусом, но все же. Моих родителей, он ненавидел пуще меня, ведь квартира ему не обломилась. Она ему очень была нужна, потому что своим родственникам, он был явно не нужен. Ничтожество. Мама звонила всю дорогу и поднимала мне только нервы все сильнее. Какая я дрянь и, как я могла связаться с таким уродом, что она больной человек, а я неблагодарный человек на старости лет разорила родителей. Я и без нее все это прекрасно понимала, а слушать ее крики в трубку и тем более, когда все это прекрасно слышит муженек, становилось тошно.

— Как ты могла с таким уродом связаться? — подлил масла он мне в огонь и покосился в мою сторону.

Я только закончив диалог с мамой, шумно выдохнула и попробовала досчитать до десяти. Спокойно, Саша, спокойно. Не нервничай, тебе за это не заплатят.

— Ты не лучше! Давай без нотаций! У тебя жизнь поверь не лучше, только то, что богатые родители!

Звонок сообщения. Смс от сбербанка, любимые смс. На мою карточку пришли двести тысяч. Твою мать, да я богата. Конечно, для такого человека, как Джамалов старший, это было смешно, мог бы прислать и больше, но видно не посчитал нужным. Люди его уровня никогда не давали все сразу, понемногу, напоминая кто ты и твое место. Я тут же перевела маме пятьдесят тысяч. До денег я никогда не была жадной, и она это прекрасно знала и папа тоже, просто у меня ничего не было. После, того, как я стала женой Родионова и принялась его отовсюду выручать.

— Хорошо, что детей не завели!

— Дети не кошка и не собака, их не заводят! Они рождаются от большой любви!

Муженек так круто завернул руль, что я едва не салилась на него.

— Бред это все, кончил и дети тебе! Два мужика тебя трахали и ребенка не сделали, может не любили, нахрен не нужна была!

Я отвернулась к окну. Моему негодованию не было предела, но с другой, стороны, этот сопляк прав, любили бы, один бы не изменил, а второму я не была нужна бы только ради денег.

Я не заметила, как мы приехали. Вот и мои пятиэтажки, где так беззаботно прошла моя жизнь, где, прошла моя первая счастливая свадьба, а ни с этим чмошником. Макс. Он сидел прямо у парадной, а с ним местные бомжи, которых гоняла мама, постоянно вызывая на них полицию. Стало очень стыдно за него, за его рюкзак за плечами, за его поношенные старые вещи и вообще вид опустившегося маргинала.