Книга гор

– Инга, я никогда не дарил цветов.

Мы смотрели друг другу в глаза. И даже в темноте я видел свое отражение в ее зрачках. Совсем рядом. У самого лица.

– Я никогда никого не целовала, Дим.

Я даже не почувствовал ее губ. Я был словно в тумане, я проваливался в бездонную пропасть, кружилась голова, и тело буравила мелкая дрожь. Запах ее волос, запах яблок, невесомое, сладкое касание губ – все сливалось в один бушующий круговорот.

Мы оторвались друг от друга, как умирающий от жажды отшвыривает полупустую флягу, боясь захлебнуться…

Инга растерянно обернулась, кивнула на скамеечку у подъезда.

Спросила:

Мы не искали места для новых поцелуев. Ярко освещенная фонарями скамейка была для этого неподходящим местом. Нам нужно было опомниться от первого…

Вокруг была тишина и наползающая ночь. Лишь изредка шумели проносящиеся по дороге машины, звук был приглушенным и виноватым. Даже они не хотели нам мешать. Мы молча смотрели друг на друга. Словно видели в первый раз. Или – в последний.

Шаги и торопливый разговор, прерываемый визгливым хохотом, послышались с тротуара.

Я скосил глаза и увидел, как к подъезду направляется компания мальчишек. Им было лет тринадцать – пятнадцать, кто-то чуть старше, другие помладше. Веселая, хохочущая, обнимающаяся компания. Я чуть повернулся, разглядывая их со смутной, неясной нежностью. Я чувствовал себя старше этих ребят на пять, десять, сорок лет. На Сорок Островов.

Ребята приблизились, и разговор смолк. По нам заскользили любопытные, насмешливые взгляды. Конечно, с нашим видом… Я подтянулся, прикрывая скамейкой деревянный меч, висевший за спиной.

Один из мальчишек вдруг резко остановился и шлепнулся на скамейку рядом с Ингой. Через секунду вся компания, только что направлявшаяся в подъезд, облепила скамейку. Все молчали. Несколько ребят жевали резинку, один медленно доставал из кармана рубашки смятую, просыпающуюся сигарету. Он повернулся ко мне, лениво спросил:

– Не курю, – невольно улыбнувшись, ответил я.

У мальчишки даже лицо изменилось от удивления.

Он взглянул на своего соседа:

– Он сказал, что не курит, Валек, – послушно повторил тот.

Валек посмотрел на меня еще удивленнее и сказал:

– Слушай, зачем тебе такая козочка, если ты не куришь?

Все заржали. А мне комом перехватило дыхание. Ну почему? Почему?

– Убери руку! – звенящим голосом сказала Инга.

Я дернулся. И почувствовал, как мне вцепились в плечи.

– Убери руку! – повторила Инга.

Ее сосед лишь ухмыльнулся, не снимая ладони с коленки.