Anorex-a-Gogo (СИ)

Маленькая игра

Каждые шесть часов я принимаю мои таблетки, чтобы остановить боль.

Каждые четыре часа я принимаю мои таблетки, чтобы остановить боль.

Каждые два часа я принимаю мои таблетки, чтобы остановить боль.

В конце дня я не чувствую вообще ничего.

Ну и ладно.

По крайней мере, я остановил боль.

***

Я становлюсь человеком привычки. Я просыпаюсь по утрам, от одного и того же замороженного солнца. Оно просто висит там, в небе, где всё розовое, голубое и серое, и это напоминает мне о том, насколько тёмным стал мой мир.

Когда Джерард уехал, он украл солнце. Дальше идёт завтрак, потом мама уходит на работу, потому что для некоторых жизнь продолжается. У меня нет никаких занятий, потому что школа начнётся только через полторы недели. Потом я мою голову шампунем Джерарда, который он оставил в моём душе. Запах жасмина должен заставить меня почувствовать тошноту, но это не так.

Я хочу чувствовать горечь. Я хочу быть пессимистом, язвительным, сукой. Я хочу злиться. Я хочу взорваться. Но я не такой, и я этого не делаю.

Ни одну из этих вещей. Я просто чувствую грусть. Только слабость и грусть.

Автоответчик мигает красным цветом, что говорит о сообщениях и пропущенных звонках. Первые несколько дней после Рождества, я дотошно сижу у телефона, ожидая и надеясь на то, что услышу его немного хриплый голос на другом конце линии. Когда телефон звонит, я бегу к нему с любого конца комнаты. Вскоре я понимаю, что это всегда будет Майки, мама или какие-нибудь бедные продавцы из телемаркета, которые затем должны страдать от моих перепадов настроения.

Бедняги. Они звонят вам в надежде продать новую Библию, или подписку на Vogue, но всё, что они получают - меня, жалующегося и засоряющего им телефонную линию.

И это ещё, если им повезёт. А те, кому не везёт, получают длинный неудобный монолог, они не знают что сказать, потому что звонили, чтобы продать мне своё дерьмо, а в ответ получили историю моей жизни. ""Эй, приятель, всё в порядке"". ""Пожалуйста, успокойтесь, сэр"". ""Я.

.. я уверен, что всё будет хорошо"".

О, и моё самое любимое: ""Эй, парень, ты же не собираешься уйти из жизни, верно?"".

Нет, нет, я не настолько отчаявшийся.

Да, настолько отчаявшийся.

Иногда они висят на линии достаточно долго, чтобы я мог, рыдая, излить всю свою историю. В такие моменты я получаю либо: ""Гори в аду, педик. Скорее всего, он бросил тебя, потому что ты был такой плаксивой сучкой"", или же более благосклонное: ""Если он любит тебя, то вернётся.