Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Леонид в последний раз обратился мыслями к Спарте. Возмущение, горечь, обида – эфоры отдали его на гибель! – мучили его всю ночь. Сейчас осталось только чувство глубокой печали.

– Прощай, Горго, – прошептал он, – береги моего сына, Горго… Прощай!

Леонид встал. Войско уже поднялось. На кострах кипели котлы с похлебкой. Воины ели, не снимая оружия.

Леонид прислушался. Какой-то шум идет по вершине горы. Ветер ли шелестит листьями или персы идут?

Шум становился шире, отчетливей. Персы!

По единой команде спартанцы встали в строй. Леонид вывел отряд на более широкое место. Уже незачем было прятаться за стеной, он знал, что это будет их последняя битва.

Персы лавиной свалились с горы, и сразу началась рукопашная. Враги погибали бессчетно. Многие валились в море, многие, получив тяжелую рану, падали и гибли под ногами своих же воинов, которых военачальники подгоняли бичами.

Спартанцы бились с отвагой предсмертной битвы. Их копья сломались, они бились мечами. Персидские стрелы со злым гудением взвивались вверх и оттуда тяжко валились на головы эллинам. Один за другим падали эллины, сраженные в неравном бою, красные плащи устилали землю. Вот уж совсем немного их осталось. А вот уж и нет их ни одного. Все спартанцы легли в этой битве, все триста. И вместе со своими воинами пал на кровавом поле их полководец – спартанский царь Леонид.

Сражение быстро приближалось к концу. Фиванцы, увидев, что Леонид погиб, тотчас оставили эллинское войско и сложили оружие. Феспийцы еще сражались. Они отступили и сгрудились на холме у самой стены. Окруженные со всех сторон, они защищались как могли – мечами, зубами, палками, потому что у многих уже не было оружия.

Наконец персы обрушили стену и, запустив стрелы, положили их всех до одного.

Путь Ксерксу в Элладу был открыт. Не силой и не мужеством взяли персы Фермопилы, но с помощью предательства, проклятого на все века.

Бой у ЕвбеиЭллинские корабли, как и было решено, пришли к мысу Артемисию, к северной оконечности острова Евбеи. И здесь эллины увидели, что в открытом море, против прибрежного фессалийского города Афеты, стоит персидский флот. Целый лес корабельных мачт врезался остриями в светлое утреннее небо. Спартанец Еврибиад, командующий морскими силами Эллады, оторопел. Как же так? А ведь говорили, что почти все персидские корабли погибли у Фессалийских скал, целых четыре дня и четыре ночи буря трепала их насмерть!

Еврибиад нервничал. Военачальники ждут его команды, а он не знает, на что решиться.