Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Стены с непонятными письменами, кедровые колонны, украшенные золотом, статуи, ковры с изображениями странных животных и зверей… И всюду молчание, огромное молчание огромного дворца, полного сокровищ чужого народа.

Роксана по-прежнему была прекрасна. Светлые волосы, посыпанные золотой пудрой, длинными локонами падали из-под обруча на плечи. Она причесалась, как причесываются афинянки, – царю это будет приятно. Длинные нити розовых жемчужин, присланных из Индии, светились у нее на груди. На руках играли дорогими камнями золотые браслеты, бросая отблеск разноцветных огней на белую кожу.

Но в синих глазах Роксаны лежала печаль, давняя, устоявшаяся печаль бесконечного одиночества и напрасных ожиданий. Царь здесь, в Вавилоне, – кажется, можно умереть от радости!

Но Роксана уже не могла радоваться. Ее сердце ничему больше не верило. Она видела с высокой террасы дворца, как шло по равнине македонское войско. Она различила и всадника с белыми перьями на шлеме…"

"Сад задыхался от терпкого запаха цветов. Кипарисы, пинии, гранатовые деревья, пальмы и высокие тополя хранили прохладу водоемов. Роксана, сверкая украшенными золотом сандалиями, спустилась к воде по белым ступеням широкой лестницы. Но и здесь, в зеленой тишине, не было покоя. Что делать?! Царь в Вавилоне, дни проходят один за другим, а она не видит его! Значит, и сегодня его не будет. С поникшей головой и застывшим сердцем Роксана снова поднялась во дворец. И здесь, в обширном зале среди крылатых черных быков, она увидела Александра. Но он ли это? Изжелта-бледный, с покрасневшими веками, с запавшими щеками – царь стоял перед ней. Обрезанные в знак траура волосы торчали надо лбом.

Царь тоже глядел на нее – и тоже не узнавал в ней прежней Роксаны. Не было того простодушного цветения горской девушки, того счастливого сияния глаз, той улыбки – самозабвенно радостной. Строгая, бледная, стояла перед ним жена македонского царя.

– Роксана! – сказал Александр. – Ты ли это, Роксана?

– Это я, Искандер.

– Разве ты не ждала меня? Разве ты не рада мне?

– Я слишком долго ждала тебя, Искандер. А когда слишком долго ждешь, то уже перестаешь желать того, чего ждала.

И, прильнув лицом к его груди, заплакала. Из-за того, что в их любви что-то утрачено, из-за того, что не случилось той радости, которая должна была случиться…

– Ты совсем разлюбил меня, Искандер?

– Я не разлюбил тебя. Я люблю тебя по-прежнему.

– А как же та? На которой ты женился в Сузах?

– Что она тебе? Пусть живет.