Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Войско Александра продвигалось к Сузам. Шли медленно. Отдыхали, раскинув лагерь среди садов и полей, на берегах рек. Кони паслись в лугах, нагуливая силу.

Но царю отдыха не было. Доклады, отчеты по содержанию войска, письма из дальних сатрапий, письма из Индии – неурядицы, вспышки восстаний… Письма, требующие немедленного вмешательства царя.

И письма из Македонии, от которых можно сойти с ума. Царица Олимпиада бушует ненавистью к Антипатру, который не подчиняется ей. Антипатр теряет терпение от этой вражды и просит оградить его от несправедливости царицы.

Что делать ему с Македонией, с его родным домом в Пелле? Он никогда не позволит ни себе, ни другим обидеть мать. Может быть, отозвать Антипатра?"

"В Сузах к Александру собрались все его войска. Пришел со своими отрядами Гефестион. Привел свой флот Неарх. А вскоре по улицам города прошагало в полном боевом снаряжении еще одно большое войско, при виде которого старые македонские воины изумились и вознегодовали. Шла четким шагом, вооруженная македонским оружием, построенная македонским строем, фаланга персидских юношей. Те самые тридцать тысяч юных персов, которых Александр велел обучить македонскому военному искусству. Их привел Певкест – персидский сатрап Александра.

По лагерю зашумели враждебные выкрики. Кое-где ударили в щиты. Засверкали мечи, выхваченные из ножен… Но фаланга шла, не нарушая строя, сумрачные черные глаза, глядящие из-под шлемов, грозили… И македоняне опустили оружие.

К еще большей своей обиде, македоняне увидели, как радостно, как ласково принял царь это персидское войско – как родных сыновей!

Македоняне, понурив голову, разбрелись по своим палаткам. Конечно, царь любит персов. Он набирает себе персидское войско. А они, македонские воины, прошедшие с ним все войны, царю больше не нужны!

– Чего нам ждать, если царь даже в жены себе взял азиатку!

Александру было известно, о чем говорят в войске. Но разговоры эти скоро прекратятся. Он знает, что ему делать.

Александр устроил большой пир для своих этеров и военачальников. И после первой чаши вина, когда гости повеселели, но еще были трезвы, царь сказал:

– Я женился на азиатке, друзья. Думаю, что будет хорошо, если и вы все женитесь на азиатках!

Друзья онемели. Чаши звякнули о столы.

– Невест много, – продолжал Александр, – дочери царя Дария, дочери знатных персов. Для каждого найдется хорошая невеста.

Гефестион, всегда владеющий собой, смотрел на Александра с молчаливым упреком.

– И ты женишься, Гефестион, друг мой.