Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

– Кто именно?

– Гермолай, сын Сополида… Царь приказал высечь его и отнял у него коня, не посчитался, что он македонский вельможа.

– Я знаю. Это было на охоте.

– Да. Гермолай убил кабана, а царь сам хотел убить этого кабана. Когда Гермолая высекли, он сказал, что не сможет жить, пока не отомстит царю.

– Мстит царю?! Мальчишка!

– Друзья ему говорили: невелика беда, если тебя похлестали немножко. А он: невелика беда, да велика обида.

– «Обида»! Он мог высказать царю свою обиду. Но убивать!

– О том, что он задумал, Гермолай сказал Сострату. А Сострат – его друг – согласился помочь. Потом они уговорили моего брата Эпимена.

– Твоего брата? И ты пришел сказать об этом?

– Да. Я пришел, потому что боюсь за жизнь царя.

– Дальше. Кто еще?

– Антипатр, сын Асклепиодара.

– Сатрапа Сирии?

– Да. И еще Антиклей. И Филота, сын фракийца Карсида. И… мой брат Эпимен.

– Как же ты узнал об этом?

– Эпимен рассказал Хариклу. А Харикл рассказал мне. Они ждали, когда будет дежурить Антипатр. Он должен был дежурить этой ночью…

– Сириянка!.. – пробормотал Птолемей. – О, вот что!

– И тогда они все пришли бы и убили бы царя, когда он спал.

Еле договорив, Эврилох в изнеможении опустился на пол. Птолемей окликнул его. Эврилох молчал, потеряв сознание.

Птолемей несколько минут сидел неподвижно, крепко сжав свои тонкие недобрые губы. У него было чувство, что он заглянул в бездну, в которую чуть не упало все – его царь, македонская армия, македонская слава… И прежде всего – он сам. Ужас охватил его. Мальчишки, избалованные придворной жизнью, богатством, бездельем, они все время около царя. Они подводят Александру коня и теперь, по персидскому обычаю, подсаживают на коня царя, который может и сам птицей взлететь на своего большого Букефала. Они подают ему еду и готовят ванну. Они стоят, охраняя царя, у его постели, когда он спит и лежит перед ними совершенно беззащитный, потому что спит крепко… А ведь у них – у каждого! – есть оружие.

– О!.. – глухо вырвалось у Птолемея. – О Зевс и все боги! Что же я сижу здесь?!

Он кликнул стражу, велел привести в чувство Эврилоха и прошел к царю.

Александр не сразу понял, что говорит Птолемей. А когда понял, то с минуту смотрел на Птолемея неподвижными глазами.

– Повтори их имена.

Птолемей повторил.

– Пусть их схватят и допросят. Надо, чтобы назвали всех, кто замешан в этом безумье. Всех!

Александр уронил на руку сразу отяжелевшую голову.

– Даже мальчишки! – в гневном отчаянии сказал он.