Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

Царица Ада боится, что ты испортишь себе желудок, твой повар дурно готовит!

Александр засмеялся.

– Поблагодарите царицу Аду, – ответил он, – и скажите ей, что я от своего воспитателя Леонида получил еще более искусных мастеров этого дела – деятельную жизнь и воздержанность в пище! Это самые лучшие повара!

Опять МемнонМемнон на могучем рыжем коне объезжал Галикарнас, осматривая укрепления.

Дарий, уже не надеясь на своих персидских военачальников, поручил Мемнону защиту жемчужины карийских прибрежных городов – Галикарнаса. Дарий был удручен и разгневан. Вокруг него гремело столько похвальбы, столько надменного презрения к врагу! И при первой же схватке с Македонянином, командуя бесчисленным войском, персы проиграли битву.

Если бы Дарий в свое время послушался Мемнона, который советовал опустошить берег, Александра в Азии уже давно не было бы. Но нет, древняя слава ослепила глаза ему и его полководцам. Где же они, кричавшие о непобедимости персидского войска? Легли на берегах Граника! И Мифрабузан, и Нифрат, и Петин… И молодой сын царя Арбупал…

Теперь лишь Мемнон, энергичный, мужественный человек, может спасти Персию! Дарий не ошибся, передав эллину войну против эллина-македонянина. Мемнон ненавидел македонских царей за ту власть, которую они взяли над Элладой. Он ненавидел Александра за высокое звание вождя объединенных войск, которым наградила его Эллада. И за победу при Гранике ненавидел, потому что эта победа прогремела по всем землям Азии…

А кроме того, Александр жестоко унизил его, Мемнона, – Македонянин трижды заставил бежать его, отважного, опытного полководца, из городов, которые он защищал!

Теперь Александр идет на Галикарнас. Здесь Мемнон еще раз встретится с ним. И сделает все, чтобы эта встреча была последней.

Как радостно вздохнет Эллада, когда он сбросит с нее это македонское иго!"

"В свите Мемнона были люди, разделявшие его чувства и надежды. Они тоже были из Эллады: афиняне Эфиальт и Фразибул, не пожелавшие подчиниться македонской гегемонии; полководец Аминта, сын Антиоха, только что бежавший из Эфеса от Александра вместе со своим отрядом; Неоптолем из рода линкестийцев, бежавший к Мемнону сразу после смерти Филиппа, опасаясь, что его изобличат в причастности к убийству македонского царя…

Рядом с Мемноном ехал правитель Галикарнаса – персидский военачальник Офонтопат.

– С моря ему не подступиться, – сказал Офонтопат, – нет, не подступиться.