Морские гезы

Главный интендант Диего де Сарате знал меня, как мальтийца Александра Чернини. Вдруг инквизиция докопается, что капитан иола — и есть тот самый гёз, который убил трех солдат и освободил пленника?!

Иол я собирался поставить на прикол. Не надеялся, что кого-то заинтересует такое необычное судно. Покупателем оказался купец Рольф Шнайдер. Он немного огорчился, когда узнал, что я больше не буду покупать сыр.

— Жаль! Ты был хорошим деловым партнером, — сказал купец. — Что теперь будешь возить?

— Пока не заработаю деньги, все, что предложат, — ответил я.

— Сколько ты за раз сможешь взять? — поинтересовался он.

— Где-то ластов семьдесят, — ответил я.

Ласт — это немецкая мера корабельного груза, около двух тонн.

— Моему земляку надо доставить товар в Гамбург, ластов пятьдесят-шестьдесят, а обратно повезет полный трюм зерна. Если хочешь, порекомендую тебя, — предложил Рольф Шнайдер.

— Сведи нас, — согласился я. — Может, договоримся.

— Приходи завтра утром, — сказал он. — А со старым судном что собираешься делать?

— Продам, — ответил я, догадавшись, что не зря он спросил. — Торговля сыром, — ухмыльнулся я, — оказалась выгодным делом.

Рольф Шнайдер знал, что основные деньги я делал не на сыре, а на пушках.

— Вот и я подумал, не заняться ли и мне сыром?! — ухмыльнувшись в ответ, признался купец. — Есть у меня надежные ребята, которые хотят заработать. Я куплю твое судно и заплачу хорошие деньги, если покажешь, как управлять им, и сведешь с нужными людьми в Сэндвиче.

В последний рейс на иоле я отправился без Яна ван Баерле. Вместо него Маартену Гигенгаку помогали два немца, отец и сын. Первый был лет тридцати семи, напоминал внешностью и дотошностью моего датского боцмана, а второй был настолько не похож на отца и лицом, и телом, и характером, что я предположил наличие ветвистых рогов у кого-то в их семье. Я свел отца с сэндвичским купцом, которому еще в прошлом рейсе рассказал о грядущих переменах в моей жизни. Теперь уже немцы заказали ему три полупушки. Подозреваю, что пойдут они через Роттердам в Антверпен. Рольф Шнайдер вместо меня получит пожизненную ренту в двести флоринов. Купец отвалил мне за иол столько, сколько я затратил на его постройку. Я забрал только карронаду. Немцам она ни к чему, потому что стрелять не умеют."

"Купец Андреас Циммерманн оказался худым и длинным мужчиной сорока одного года. На узком лице сильно выпирал узкий тонкий нос, крюком нависающий над тонкогубым ртом. Темно-русая борода имела форму острого клина.