Лев

Он убрал свою руку, позволяя Славе самому решить, что делать дальше. Тот, взяв одну из подушек, положил её Льву под бедра, лёг слева от него на кровати и вернул руку ему между ног. Подперев голову рукой, он улыбнулся Льву, показывая ямочку, и с придыханием произнёс: - Эх, хорошо лежим…

Лев рассмеялся, чувствуя к Славе теплую благодарность: за юмор, за непосредственность, за то, что он догадался не разглядывать его в упор, а лечь рядом и смотреть глаза в глаза. Его пальцы аккуратно, едва касаясь, ходили кругами вокруг ануса, и это было… необычно.

Совсем не так, как когда прикасаются к члену, но по пояснице всё равно пробегали приятные мурашки, усиливающиеся в те моменты, когда Слава наклонялся и целовал его в губы, или в шею, или в ключицы – куда дотягивался. Его член тёрся о бедро и Лев слегка ласкал его рукой.

- Скажешь, когда можно будет дальше, - прошептал Слава на ухо.

От приятной расслабленности у Льва пересохло во рту, и он сказал одними губами:

- Можно…

Он убрал руку, развернулся к своему рюкзаку и вытащил из бокового отдела тюбик со смазкой.

Лев даже приподнялся на локтях от удивления:

- Фига ты продуманный!

Слава хмыкнул, выдавливая содержимое тюбика на пальцы:

- А ты планировал на сухую?

Лев пожал плечами, отшучиваясь:

- Ну, терпеть боль – это так по-мужски…

Вообще-то он так и думал ещё несколько дней назад, когда воображал, как это будет, если всё-таки случится. В его тогдашнем мировоззрении если уж и отдаваться парню, то только переступая через физическую боль – чтобы он видел, и сам Лев тоже видел, какой он сильный, мощный и по-прежнему брутальный несмотря ни на что.

Но теперь, рядом со Славой, это казалось каким-то бредом, и он был рад, что хотя бы один из них в своём уме и догадался купить смазку.

Слава вернул руку к анусу, и Лев почувствовал холодное между ягодиц, а поглаживающие движения превратились в давящие и интенсивные. Лев выдохнул: это хорошо, это хорошо, это хорошо, и тут же, почувствовав, как что-то вторгается в него, запротестовал, схватил Славу за запястье, удерживая: а вот это нехорошо, нехорошо!

- Что? Больно? – спросил Слава.

Лев прислушался к себе: нет, не больно. Он просто… не ожидал. Точнее, ожидал, но не ожидал. Точнее…

- Испугался, - признался он, отпуская Славину руку. Он чувствовал, что палец всё ещё в нём.

Слава потянулся вперед, к месту между его ног.

- Мне, наверное, лучше видеть, что я делаю.

- Нет! – сказал Лев.