Мистер Генофонд

Вырвавшись из медвежьего захвата, перекатилась на другой бок, лицом к Лехе… и вдруг перехотела что-либо говорить.

Слова застряли в горле. Вместе со странным першением и болью в уголках глаз.

Как я там называла его? Подлец? Подлецом и был. Расслабленным, вымотанным, без своей извечной самодовольной ухмылки и пугающе родным.

У каждой женщины есть своя тайна. Ею не поделишься со случайным знакомым в поезде, не расскажешь близкой подруге и даже наедине с собой будешь стараться не вспоминать.

Моей тайной был он, Лешка.

Потеряв, я его ненавидела, ругала, запрещала другим о нем напоминать и пытаться оправдать. Мне казалось, так легче. В черно-белом мире ориентироваться и выживать проще.

Выйдя замуж, стала вспоминать уже иначе. Это было неправильно, грязно по отношению к мужу, но я начала его идеализировать. Все плохое само собой забылось, и в каком-то очень далеком уголочке души Леха вернулся прежним.

Приходил в мечтах, когда было одиноко. Смеялся в мыслях над всеми проблемами. Мучил по ночам эротическими снами, когда после секса с мужем оставалась голодной.

Видела его здесь, на этой кровати. Точно такого же, как сейчас, и не могла переключиться. Засыпала и просыпалась с ним. Как наваждение.

Уже тогда следовало развестись с Вовкой. Не тратить свое и его время. Но мудрости не хватило. Мне нужно было, чтобы судьба ударила по голове не мыслями, а реальным образом. Из плоти и крови.

Она и ударила. Прямо так, как я хотела. Лешкой. В самое сердце и настолько сладко, что сама не заметила, как развелась, осталась одна и продолжила ждать.

Глупая. Непростительно глупая.

Нельзя любить мужчину так сильно! Нельзя прирастать. Особенно к тому, кто появляется в жизни лишь раз в шесть лет.

С годами отпускать не проще. Привыкание только жестче. А надеяться на гарантии… что в этот раз самолет не увезет его от меня…

В каждом взгляде, в каждом жесте сознание отчаянно выискивало крючки, высматривало взаимность. Но и в первый раз никто ничего плохого не предполагал. И во второй Леха исчез, как призрак. А опыт… Его сложно было стереть поцелуями и сексом. Даже таким сексом!

Ночью я где-то около часа наслаждалась выгулом своих тараканов. Под размеренный Лехин храп они устроили настоящий пикник в голове. С воспоминаниями, рефлексией и прочими бабскими развлечениями.

Но, как показали утренние события, все это были лишь цветочки. Бодрствующий Леха оказался способен вызывать у меня еще больше опасных эмоций.