Атаман. Гексалогия

Ночной гость свалился на пол.

Я задвинул запор, приготовленной веревкой связал посетителю руки. Пусть немного отдохнет, мне нужен пленный. Кто-то же должен мне объяснить – поименно причем, – кто остался в живых, кого искать.

Через какое-то время мужик застонал, зашевелился.

– Филя, ты чего по голове бьешь? Я же все сделал, как ты просил.

Я зажег масляный светильник – все-таки в полной темноте как-то несподручно разговаривать с человеком, пусть это даже и разбойник.

От света ночной гость зажмурил глаза. Что-то он не очень похож на разбойника. Аккуратно подстриженные бородка и усы, опрятная одежда, причем – не простолюдина и не купца, скорее – слуги.

Незнакомец осторожно разлепил глаза, уди– А Филя где?

– А где ему быть? На небесах!

– Как это? – не понял гость.

– Без головы твой Филя, понял? – рявкнул я.

Схватил его за шиворот, пинком открыл дверь в комнату, где лежали трупы. От увиденного глаза мужика округлились.

– Сам не догадываешься? Попробуй угадать с одного раза. Мужик отошел от первоначального шока после увиденного.

– Кирюша, Кирюша Тесемка.

– Где служишь? Мужик отвел глаза.

– Будешь молчать – так же жизнь кончишь. Я деловито достал нож из ножен.

– Нет, я жить хочу, не надо меня убивать.

– Вопрос мой слышал?

– Писарем, в городской управе.

– Зачем к Филе пришел?

Мужик замолчал. Я схватил его руку и срезал с пальца ноготь. Боль в таких случаях сильная, но все органы целы.

– Поручение Филя давал.

– Из тебя слова тянуть надо? Эдак ты вскоре без пальцев останешься, Кирюша.

И слова из Кирюши полились, как соловьиная трель весной. Я слушал и удивлялся наглости главаря. Оказывается, Филька, пользуясь тем, что охраны почти нет, замышлял напасть на городскую управу и завладеть городскою казной. Причем тогда, когда соберут налоги и в казне зазвенят денежки. Ну и наглец!

Кирюша пошел по комнате, назвал имена и фамилии, а может, и клички – поди, разберись – убитых.

– Постой-постой, как – все? Тут девять.

– Сам же сказал, что Филька без головы. Тогда десять.

– Не хватает только башкира, Равилем звать.

– Как все? Еще четверо остаются!

– Нет их, в схватке со стрельцами полегли, их по деревням развезли да схоронили.

Черт, лопухнулся я! Нападали-то полтора десятка, только я не подумал, что и стрельцы сопротивление оказали. Хоть счет и не в их пользу, но все же не задаром жизни отдали. Я вздохнул с облегчением. Кажется – банде полный конец, последний соучастник разбоя передо мной.