Атаман. Гексалогия

И хотя еще неизвестно было – литвины вторгнутся в наши земли или князь московский первым нападет, – в любом случае город готовился и был готов к сражению.

Беда пришла совсем не оттуда, откуда ждали. Ночью в городские ворота заполошенно заколотил человек, приехавший на неоседланном коне.

– Отворите, Христом-Богом прошу. Беда великая!

Ратники высунулись со стены, но, исполняя наказ князя, ворот не открывали.

– Чего людей беспокоишь, говори, чего надобно.

– Татары, много, уже недалеко – я из Бутурлиновки прискакал.

– Откель татарам здесь взяться?

– Так ты впустишь или сверху спрашивать будешь?

Поднявшийся на шум десятник распорядился спустить веревку и поднять вестника. Мужик поматерился, привязал лошадь к дереву неподалеку, обмотался веревкой, и стражники втянули его на городскую стену. Был он в грязной, разорванной рубашке, всклокоченный, левая рука неумело замотана холстиной, через которую проступала кровь.

– Ну, – подступился к мужику десятник, – рассказывай.

– Чудом спасся, всю деревню нашу, Бутурлиновку, как есть пожгли, людей в полон забрали. Я да может еще кто вырвался, телегу бросил – и сюда.

– А точно ли татар много, может – с перепугу показалось. Забрела шайка какая, а ты – войско!

– Нет, обоз за ними, пленные, самих много – тьма просто.

Десятник огладил бороду:

– Пошли к князю, там все и расскажешь. – Уходя, бросил: – Глядите повнимательней, может, кто в закатной стороне пожары углядит – сразу докладывайте.

«Ага, – подумал я про себя, – татары – народ ушлый, поостерегутся избы жечь, далеко видно: ночью – огонь, днем – дым. Их задача – добычу взять богатую, пленных побольше. Чего им избы жечь, раньше времени себя обнаруживать». Но глядел во все глаза – ничего, никаких всполохов, одна сплошная темень.

Вскоре прибежал десятник:

– Князь зовет, одна нога – здесь, другая – там.

Я оставил на стене щит и копье и налегке побежал в детинец. Княжеский дом уже проснулся, бегали слуги, бряцали оружием воины. Я вошел в княжеские покои, поклонился. Князь сидел в кресле у стола, рядом стояли сотники.

– Вроде как ты пластуном был, лазутчиком, и шустрый очень. В разные стороны высылаю конские дозоры, тебе особое поручение – узнай, что в этой Бутурлиновке – шайка забрела али войско серьезное. С Богом!

Я вышел во двор, зашел в воинскую избу, заткнул за пояс бумеранги, попрыгал. Черт, калита на поясе бренчит монетами; снял, уложил в свой походный мешок; снова попрыгал – тихо.

Дружинники понимающе ухмылялись в усы.