Гардемарин (СИ)

Саблю, ещё на берегу, я отдал в оружейную мастерскую и у неё починили рукоять и ножны. Я просил мастера сделать точно также как было, ничего не меняя и не украшая, и он справился отлично. Сегодня день, когда мы покидаем остров. У меня приподнятое настроение, да и команда весела и беззаботна. Впереди тяготы и трудности плавания, и они знают, что назад вернуться не все. Даже если нас минуют встречи с пиратами и шторма, сейчас век, когда даже обычная простуда способна убить человека, а мы идём к берегам Африки, с её лихорадками и другими опасными. Пусть так, но сегодня я распорядился выделить двойную порцию рома, первый выход после ремонта как никак и у команды праздник!

— Ну что хер Ван, мы готовы к отплытию? — голландец сейчас руководит палубными работами, и я решил поговорить с ним на голландском. Погода шикарная, лёгкий попутный ветер.

— Истина так господин Виктор, к отплытию мы готовы — голландец слегка поклонился, соблюдая субординацию, и ответил мне на французском языке.

— Ну тогда нечего и тянуть! Поднять паруса, мы отбываем немедленно — отдал я распоряжение. Прощай Тенерифе, тут было хорошо, но нам сюда не надо! Возможно я сюда ещё вернусь, но не скоро.

— Слушаюсь — ответил голландец — поднять паруса! Шевелитесь черти!

Шлюп резво шёл к выходу из бухты, оставляя за кормой Канарские острова и обходя застывшие на рейде разнообразные корабли. Движение судов сейчас тут было интенсивное. Одни корабли, как и мы покидали гавань, другие только заходили в неё, после долгого и опасного плавания. Сейчас тут все вели себя мирно, хотя встреча с некоторыми соседями по стоянки в открытом море, могла закончится плачевно.

— Впереди фрегат Голландской Ост-Индийской компании, он скорее всего идёт к Тенерифе, и мы разминёмся с ним встречным курсом. Прикажете салютовать флагом? — через полдня пути сообщил мне голландец с недовольным видом. Я давно заметил, что корабли бывшего работодателя вызывали в нём злость и раздражение. Канары давно исчезли с горизонта, море было почти пустынно, только встречный фрегат и мы и больше никого!

Я взял подзорную трубу и всмотрелся в приближающееся судно. Ба! Старый знакомый! Это «Нидерланд»! Кораблик, на котором я впервые оказался в этом мире, и капитан которого меня без зазрения совести отправил на пытки и казнь! А ещё капитан должен мне денег! Прошло несколько месяцев, как я покинул эту грязную посудину с работорговцами на борту.