Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь

— Решил все-таки покинуть нас?

Антон догадался, что о его переводе на работу в областной уголовный розыск стало известно сотрудникам райотдела, однако вместо ответа задал вопрос:

— Откуда такие сведения?

— Только что подполковник Гладышев приказал принять у тебя дела, — Голубев опять помолчал, словно присматривался, какое произвел впечатление на Антона. И вдруг ни с того ни с сего спросил: — Давно у родичей, в Березовке, был?

— С месяц назад. А что?…

— Сегодня пятница, следовательно, впереди два выходных дня.

Предлагаю махнуть к твоим старикам, порыбачить на Потеряевом озере. Ты ведь давно обещал мне показать настоящую рыбалку.

Бирюков задумался, как будто вспомнил что-то неожиданное, открыл стол и достал из него распечатанный почтовый конверт.

— В принципе согласен, — сказал он и улыбнулся, доставая из конверта половинку тетрадного листка. — Тем более, что братишка неделю назад письмо прислал. Послушай, что пишет: «Антон, срочно приезжай в Березовку.

У нас тут, кажется, заваривается уголовное дело. Надо распутать. Обязательно захвати с собой пистолет. Жму руку и дожидаюсь срочно. Сергей».

— Сколько лет братишке?

— Нынче в шестой класс пошел.

— Ну, и что ты до сих пор не съездил на распутывание уголовного дела? Нехорошо с такой затяжкой реагировать на сигналы с мест. Может, там уже дело заварилось и без пистолета не разобраться.

— Каюсь, забыл об этом сигнале, — Антон засмеялся.

 — Придется и тебе пистолет брать.

— Значит, твердо едем?

Увлекшись разговором, ни Бирюков, ни Голубев не расслышали короткого стука в дверь и не заметили, как в кабинет тихонько вошел невысокий, по-кавалерийски кривоногий мужичок в измятом костюме и заметно не по размеру больших кирзовых сапогах с голенищами почти до самых колен. Вошедший смущенно потер ладонью морщинистое, давно не бритое лицо, поправил языком вставную челюсть и неожиданно громко для своего маленького роста поздоровался:

— Здравия желаю, товарищи ахвицеры!

Бирюков и Голубев повернулись к вошедшему.

Антон сразу узнал колхозного конюха Торчкова, прозванного в Березовке Кумбрыком за то, что никак не выговаривает слово «комбриг». Сейчас Торчков смотрел на Антона и безмятежно улыбался.

— Здравствуйте, Иван Васильевич, — приветливо ответил Антон. — Садитесь, рассказывайте, с чем пожаловали.