Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Шагать по влажному слежавшемуся песку было одно удовольствие, изредка только перепрыгивал через растительный мусор, что был выброшен на берег прошлым штормом. Дважды мне попадались отдельные куски дерева с такими же следами огня, как и у настила, что подтверждало мое предположение о пожаре или взрыве на корабле.

Все чаще и чаще мне начали встречаться камни и небольшие скалы на берегу и на мелководье, о которые разбивались невысокие волны. Шум прибоя здесь был очень силён. Вот у одной из этих скал меня и ожидала очередная находка. Подойдя к присыпанным песком деревяшкам, я ковырнул носком ботинка находку и определил в ней остатки бочонка. Видимо, его долго било о скалы, пока не разбило.

Поправив ремень баула, я отошел чуть в сторону и осмотрелся. Дальше скалы вплотную подходили к морю, и по берегу уже не пройти, но и вершина оказалась прямо передо мной. Еще раз поискав удобный путь наверх, я направился к деревьям, за ними начинался крутой склон, заросший кустарником и травой. Вот по нему я и буду подниматься.

Прорубившись через пятидесятиметровый участок джунглей, я вышел на чистую местность с травой по пояс и зашагал к началу склона. При приближении к густому кустарнику я взял левее, где был просвет, и почувствовал сладковатый запах разложения. Погладив обух топора, я поправил ремень баула, чтобы было удобнее, и, замерев, прислушался. Кроме шума листвы я различил жужжание множества мух. Больше всего мне не понравилось то, что и запах, и шум мух доносились именно от просвета в кустарнике, куда я направлялся.

– Любопытство сгубило кошку, – тихо пробормотал я и, помедлив, настраивая себя, двинулся вперед с топориком наготове. Через минуту я смог рассмотреть источник запаха, над которым висел плотный рой мух. Это было что-то кошачье вроде Багиры из мультика «Маугли». Эта тоже была с черной шерстью, что еще можно было различить, несмотря на то что труп явно кто-то подъел.

Покрутив головой, я стал искать обходной путь. Пришлось возвращаться по своим следам и двинуться левее, пока не нашел еще один проход, однако и тут мне пришлось остановиться, сжимая внезапно вспотевшими ладонями топорище. Никогда не любил змей.

Разглядев на звериной тропке, по которой шел, ползущего гада, я весь покрылся потом от неожиданности.

– Червяк-переросток, мать твою. Нет, жить в джунглях – это не для меня, – пробормотал я разом ослабевшим голосом.

Не знаю, что это было, но змеюка была метров пять длиной и ползла в одном со мной направлении.