Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Реакция зенитчиков была незамедлительной. Несколько коротких очередей – и три костра на земле.

– Может быть, – не совсем уверенно ответил Панин.

– Чего опять? – недовольно спросил мехвод.

– Те на бреющем шли, а эти на километровой высоте, – пояснил свои сомнения сержант.

Однако наводчик ошибся. Высота не стала преградой для «зэсэушек», и через секунду в слегка разобщенный после прорыва строй бомбардировщиков полетели первые снаряды.

– Горит, – радостно воскликнул Плохиш, – смотри, еще один!

– Вижу. Молодцы наши соколы, а то разлетались, понимаешь, – довольно кивнул сержант.

Несколько бомбардировщиков освободились от своего груза, и, судя по взрывам и сильным пожарам неподалеку от воинских складов, сбросили его туда, куда надо.

После того как последние «юнкерсы» стали удаляться, стараясь сбросить с хвоста четверку «яков», которые только что подоспели, – видимо, дежурное звено, – капитан Куницын покинул противовоздушную щель. Первое, что он отметил – это довольное лицо полковника, провожающего взглядом немецкие самолеты.

– Капитан? Передайте приказ на отдых. Противник подойдет к городу через два часа.

– Есть, – козырнул Куницын и, развернувшись, направился к своей роте. После докладов всех командиров, что в расположении все в порядке, – еще бы, их не бомбили – капитан отдал приказ на оборудование запасных позиций. Отдых отдыхом, но вбитые в него советниками азы танковой тактики засадных боев требовали действовать.

И под рев двигателей зениток, менявших свои позиции, бойцы, взяв в руки лопаты и кирки, направились на оборудование ложных и запасных позиций.

Через три часа пришел злой полковник, ругающий наших сталинских соколов, разбомбивших понтонный мост, по которому переправлялись немцы.

– Теперь даже не знаю, что делать. Может, саперов им в помощь отправить? – горько пошутил Бордман.

Посмотрев на недоумевающих командиров, он пояснил:

– Не успеют они сегодня мост починить и переправиться. Ладно, капитан. Отбой. Завтра их ждать будем, – махнул рукой полковник и направился к своей машине.

Закинув пакет с пайком на заднее сиденье машины, я направился в управление. Гоголев был занят, так что пришлось подождать в приемной, когда из кабинета выйдут люди.

– Проходите, – кивнул секретарь генерала в форме старшего лейтенанта.

– Посиди пока. Изучай последние новости. Я сейчас, – кивнув на папку, сказал Гоголев, широким шагом выходя из кабинета. Судя по его виду, что-то срочное.

Подхватив папку, я присел на один из стульев у шкафа.