Физрук

Опять же надо будет где-то костюмы держать, декорации.

— Я вот еще что думаю, Карл, — сказал я. — Студию надо совместить с кружком юных кинолюбителей. И уже фильмы снимать, как учебные.

— Мысль отличная. Я знаю людей, которые не прочь поделиться своим опытом и знаниями с ребятами… Вот только где взять на оборудование средства?.. Дом Пионеров нам фактически отказал. А если клуб будет при ЖЭКе, с него мы и тем паче ни копейки не получим.

— Я же говорю, о деньгах не беспокойся. Нам лишь нужно найти подходящее помещение подыскать.

— Да, с этим придется повозиться.

— Поговорю сегодня с Красавиной — инспектором по делам несовершеннолетних, — сказал я. — Может, доблестная милиция подсобит?

— Хорошо бы, — кивнул Карл. — У них все-таки власть.

Прозвенел звонок, и мы разошлись по рабочим местам. До конца учебного дня состоялась еще одна незапланированная встреча. У меня было «окно». Я засел в тренерской, чтобы поработать над планом учебных занятий. Вдруг раздался стук. Я привычно буркнул: «Войдите!» Дверь открылась и в моем закутке появилась Екатерина Семеновна Киреева.

Вот уж не ожидал. Мы с ней, конечно, виделись в учительской, но после той нашей дурацкой эпопеи со слежкой с помощью радиоактивных изотопов, не общались. Да вроде как и не зачем стало. С детективной самодеятельностью я завязал.

— Привет! — сказала Катя.

— Да вроде виделись, — ответил я.

— Что ты такой неприветливый? — поинтересовалась она. — Отвлекаю?

— Муж твой звонил на днях, — сказал я. — Угрожал.

— А ты испугался?

— А я похож на бояку? Не будь у него погон, я бы давно научил его Родину любить.

Не знаешь, он из милиции увольняться случайно не собирается? Сколько ему до выслуги?

— А мне он и не муж теперь.

— Неужто — развелась?

— Ушла. У сестренки теперь живу.

— И правильно сделала. Совсем он гнилой, этот твой Сильва.

— От тебя, говорят, тоже жена ушла.

— Я не собираюсь это ни с кем обсуждать.

— Да я и не собираюсь встревать в твои личные дела, — смиренно, как пай-девочка, откликнулась химичка.

— Я лишь хотела узнать — насколько тверды теперь твои принципы…

Он шагнула вперед и принялась расстегивать блузку. Сразу стало ясно, что она решила проверить твердость чего угодно, но только не моих принципов. Да и когда я увидел то, что с трудом умещалось в чашечках ее бюстгальтера, то утвердился отнюдь не в морально-волевых качествах. Жаль, урок оказался слишком короток, а на перемене нам пришлось расстаться. Взять классные журналы и вообще.