Полный трындец, или Феникса вызывали?

А сама глазищами так и стреляет, так и притягивает, как лодку на буксире, в которой не повезло оказаться незадачливому рыбаку. Совсем не скромница. В глазах бушующая стихия пляшет. Истинная дочь моря.

Только тут нежданчик: парень, то бишь я, на деле девица, как и сама сирена! Ей со мной ничего не светит.

Я молча скрестила руки на груди. Мое нежелание говорить было очевидным, но Марисса не собиралась сдаваться. В ожидании ответа она покусывала пухлые губы. Потом поняла, что я не собираюсь ей помогать, и сделала еще одну попытку для сближения.

— Ты не хочешь со мной разговаривать из-за того, что случилось днем? Понимаю… На самом деле Ариан не так плох, как хочет казаться. Он самый благородный, умный и воспитанный дракон в академии.

В общем, из самых-самых, мы это уже все поняли. Угу.

— Ну, так и шла бы к нему, — вмешался Тим, давясь от смеха.

Марисса стрельнула в него глазами и вновь уставилась на меня. Облизнула губы. Произнесла с придыханием:

— Давай сделаем вид, что прошлой встречи не было.

Хармс продолжал есть, не поднимая глаз, только Ык, замерев, зачарованно слушает голос сирены, но ей он абсолютно безразличен. Ее горящий взгляд направлен на меня.

Я все так же молчу с каменным выражением на лице.

Наконец в глазах сирены вспыхивают предупреждающие огни маяка, еще чуть-чуть — и лодка разобьется об острые подводные рифы. Но Марисса справляется с гневом, в ее глазах вновь царит безоблачный штиль.

Она наклоняется ближе, еще ближе. Почти ложится грудью на стол.

У Ыка со стуком падает челюсть.

Что сказать, достоинства у Мариссы что надо. Мне даже тоскливо стало на миг. Вспомнила, что придется грудь перевязать.

Сирена демонстрирует свою самую пленительную улыбку:

— Такая тихая погода, почему бы нам немного не погулять после ужина?

Очарование момента нарушает Ык громкой отрыжкой.

Мариссу тут же сдувает с лавки. Тим тихо стонет, упав головой на стол. Из его глаз брызжут слезы. Хармс продолжает не реагировать, сидит, уткнувшись в тарелку.

Один Ык непонимающе вертит головой и обиженно заявляет:

— Ы?

Занавес.

Глава 18"

"— Марисса, прости моего друга, — фей, наконец, решил взять инициативу в свои руки. Поднялся и вытер слезы. — Но завтра слишком ответственный день. Нам всем нужно хорошенько отдохнуть, чтобы показать себя на тестах.

— Понимаю. — Сирена расправила складки на платье и потупила голубые глаза, в которых сверкнуло плохо скрытое раздражение.