Полный трындец, или Феникса вызывали?

— Нир Марциус, как вы узнали, что это именно я освободила полукровку? — спросила, подумав.

Этот вопрос не давал мне покоя. Где же я прокололась?

— Магия всегда оставляет следы, запомни это. Простым людям их не увидеть, а вот магам это сделать несложно.

— Поня-я-ятно, — протянула, жуя пирожок. Все оказалось просто донельзя! А я-то уже целую теорию заговора состряпала.

— Хорошо. Но как вы догадались, что наш спаситель и есть мой должник? Даже я не сразу поняла!

— Еще в деревне я слышал, что сбежавший — полукровка, наполовину горгулья.

Отсюда и силища в нем, и необычайная скорость, и ловкость. Он следовал за нами от самой деревни. Таился как мог, бесшумный и незаметный. Ни ты, ни Холаф его не заметили, и это немудрено, но у меня есть парочка своих секретов.

— Можно узнать, каких?

Старик усмехнулся:

— Я почувствовал в нем магию воздуха. Издавна горгульи обладают ею, только у этого парня она пассивная.

— Да, он говорил, что не может летать…

Я задумалась, продолжая машинально жевать пирожок.

— Послушайте, если он такой сильный, почему тогда не мог освободиться от цепи, почему терпел побои односельчан? Ведь он мог их остановить!

— Видимо, боялся.

— Он? Боялся?!

Я хотела возразить, но вдруг вспомнила один момент. Когда в ту ночь я приблизилась к полукровке, чтобы освободить, то почувствовала исходящий от него страх. Он настолько привык к грубому обращению, что растерялся перед заботой незнакомого человека. Это естественная реакция — бояться нового, ранее не испытанного, неизведанного.

При всей его огромной физической силе Хармс оказался полон страхов. Боялся остаться без дома, без роду и племени, без людей, которых знал. Боялся, что его выгонят из деревни, и поэтому терпел унижения.

А я лишь сделала хуже. Своим порывом я лишила его всего, за что он цеплялся всю свою жизнь…

— Но тогда получается, он ничего мне не должен, сам мог спокойно освободиться, — сообразила я.

— Нет, без твоего вмешательства он бы не покинул деревню. Горгульи очень привязаны к месту, в котором родились и выросли, а в нем их кровь очень сильна.

Вспомни, может, ты что-то сказала ему, на что-то натолкнула?

Точно! Я же ему совет дала, по-дружески. Выходит, прислушался.

— Вот видишь, вспомнила, — произнес маг, видя, как я встрепенулась. — А нужные слова в нужный момент могут судьбу повернуть. Получается, что ты помогла полукровке вырваться из замкнутого круга.

— Хармс, — пробормотала я хрипло. — Его зовут Хармс.