Династия. Феникс

— Александр, это исключено! — настаивает дедушка. — Николай, что скажете? Вы уже работали с этой программой.

— Ну… Если честно, она и правда выглядит неприступной, — отвечает хакер.

Григорий Михайлович удовлетворённо кивает, но тут Егор продолжает:

— Но в любой программе есть уязвимости. Если хорошо понимать её алгоритмы, можно найти лазейку.

— Ромэн наверняка прекрасно знает алгоритм, — настойчиво говорю я.

— Ладно, я понял, — бурчит князь. — Дам задание переписать эти ваши алгоритмы или что там нужно сделать. Одним словом, усилить безопасность.

— И запретить доступ к личным смартфонам Грозиных, — добавляю я.

— После того как мы узнаем насчёт Алексея, — соглашается дедушка. — Сейчас я позвоню кому надо, вам откроют доступ к Чернокнижнику.

— Спасибо, ваше сиятельство! — глаза Егора блестят от восторга.

Дедушка связывается с кем-то в службе безопасности Династии, и уже через несколько минут мой хакер принимается за дело. Он говорит, что это займёт какое-то время, поэтому я приглашаю Григория Михайловича в другую комнату. Нам нужно поговорить наедине.

Мы заходим в другой кабинет. За стеклом видно уличный тир и полосу препятствий, где тренируются мои гвардейцы. Ночные фонари светят тусклым холодным светом. Но этого света хватает — мы не включаем лампу в комнате, оставаясь в полумраке.

— Знаю, знаю, Александр. Ты хочешь сказать, что мой брат может быть кукловодом, — недовольно качая головой, говорит Григорий Михайлович и садится на диван, который скрипит под его весом.

— Один из ваших братьев. Либо Ярослав, либо Алексей. Либо, позвольте мне быть откровенным, они могут работать вместе, — садясь рядом, отвечаю я.

Тяжело вздохнув, князь проводит рукой по бороде и говорит:

— Да. Непросто в это поверить, но ты прав. И я могу рассказать, почему.

— Почему же?

— Видишь ли, в детстве они были не разлей вода. Я много учился, часто ездил с отцом на деловые встречи, даже когда был ребёнком. Ярославу всё это было не так интересно. Он много времени проводил с Лёшей, когда тот был маленьким. Всюду таскал его за собой. Алексей в Ярославе души не чаял, — рассказывает Григорий Михайлович.

Я молча киваю, ожидая продолжения.

— Но это полбеды. В детстве можно дружить, а потом, будучи взрослыми, забыть друг о друге. К сожалению, так часто бывает даже между родными братьями. Но моих братьев связывает кое-что большее, чем просто детская дружба…

Князь замолкает. Поглаживая бороду, он глядит в пустоту.