Династия. Феникс

Алексей стоит у двери, скрестив руки. Дедушка сидит в кресле с высоко поднятой головой, но пальцы впились в подлокотники, будто в горло врага.

— Говори, — приказывает Григорий Михайлович.

Ярослав усмехается и спрашивает:

— Что говорить? Сказку тебе прочитать, как в детстве?

— Не помню, чтобы ты когда-нибудь читал мне сказки, — невозмутимо отвечает князь.

— Ты с малых лет больше любил деловые бумаги, — кривится Ярослав.

— Потому что я реалист.

— Нет, ты идеалист. Мечтал построить великую компанию и…

— И построил, — железным тоном перебивает дедушка. — Мы с отцом построили, пока ты пил, гулял и убивал людей.

— Подумаешь. Как будто твои руки чисты.

— Гораздо чище твоих. Я бы никогда не решился изнасиловать и тут же убить беременную женщину, — глаза князя блестят, как два обнажённых клинка.

— Не вспоминай про это дерьмо, — цедит Ярослав. — Я её не убивал!

— Кто же тогда её убил? — интересуюсь я.

Старик переводит на меня свой пылающий взгляд и произносит:

— Я отвечу на твой вопрос, мальчик, если ты ответишь на мой.

Я улыбаюсь.

— Этот мальчик переиграл вас по всем фронтам, позвольте заметить. Не один, конечно же. Со мной был весь род, — я приподнимаю руки. — Но мы все живы и здоровы, не считая того, что ваши бойцы ранили Дмитрия. Кстати, как он? — перевожу взгляд на Алексея.

Тот кивает и неопределённо крутит рукой в воздухе.

— Жить будет. Но вести себя так же легкомысленно, как раньше, уже не сможет.

— Вы вроде бы хотели говорить со мной, — бурчит Ярослав.

— Нам кажется, что ты не очень-то хочешь говорить, — не спуская с него взгляда, говорит Виталий.

— Не хочу. Но выбора, похоже, у меня нет… Итак, ты ответишь на мой вопрос? — старик смотрит на меня.

— Может быть.

— Ты сын Черепова, не так ли?

— Да.

Секунду Ярослав молчит, а затем взрывается хохотом. Он смеётся долго, хлопает себя ладонями по коленкам и вытирает слёзы. Но в конце концов закашливается и сплёвывает в камин. Слюна шипит, превращаясь в пар.

— М-да… Кто бы мог подумать. Грозины и Череповы! Уму непостижимо. Как ты это допустил, Гриша?

Григорий Михайлович молчит, а я говорю:

— Ваша очередь. Кто убил княгиню Черепову, если не вы?

— Она сама. Неожиданно, правда? После того, как я… ей обладал, — Ярослав мерзко ухмыляется, — она сбросилась с балкона. Почему-то все решили, что это я её сбросил, но зачем бы мне это делать? Я бы с радостью насладился ей ещё пару раз. Она просто не выдержала, когда я показал, что значит настоящий мужчина.