Дело двух Феликсов

Морж был недурным боксером, контрразведчик использовал приемы джиу-джитсу, а третий эмигрант, жилистый и худой, обладал, судя по всему, большой физической силой. В узком коридоре белогвардейцы действовали слаженно и споро. Спустя несколько секунд они уже уверенно теснили штурмовиков к уборной. Те, несмотря на численное превосходство, вид имели самый жалкий, и только могучий Герман, весь окровавленный, отважно отмахивался пудовыми кулачищами.

Загорский понял, что пора вмешаться: если дело пойдет так и дальше, немцев просто изобьют, и вся хитроумная операция пойдет насмарку. Нестор Васильевич быстрым шагом прошел по вагону и оказался прямо за спиной у врагов. Достаточно было нескольких технический действий, почти незаметных со стороны — и белогвардейцы улеглись в тамбуре на полу. Некоторые проблемы возникли только с контрразведчиком. Тот вовремя обернулся назад и увидел, как его соратники безропотно ложатся под ноги Загорскому.

В глазах его сверкнула злоба, он мгновенно атаковал Нестора Васильевича, целя ему жестким пальцем в ямку между ключиц. Загорский отбил удар и вывернул врагу руку, но тот исхитрился пребольно лягнуть его ботинком в голень. Нестор Васильевич почувствовал сильное искушение задать негодяю хорошую трепку, но потом подумал, что на горизонте уже собираются нежелательные свидетели, которым совершенно незачем знать, что он участвовал в драке. Поэтому Нестор Васильевич просто оглушил врага и швырнул его на пол.

— Свяжите им руки, — велел он побитым штурмовикам и, не оглядываясь, перешел в другой вагон.

Если немецкая полиция не оплошает, до Парижа они с Мезенцевым доберутся со всем возможным комфортом…

Глава одиннадцатая. Новый чичисбей миллионерши

Его светлость князь Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, пребывал в несвойственном для себя раздражении. Весть о том, что большевики отыскали-таки его тайник, в котором перед тем, как бежать из совдепии, спрятал он значительную часть фамильных драгоценностей, попортила ему немало крови.

Все это было весьма огорчительно и еще обидно за верного Бужинского, которого большевики пытали, чтобы вызнать расположение тайника. Бедный мажордом умер под пытками, так ничего и не сказав, но драгоценности все равно нашли. Теперь, очевидно, фамильные реликвии Юсуповых пойдут на удовлетворение эстетического чувства жен и любовниц высокопоставленных коммунистов.

Да, милостивые государи и милостивые государыни, беда не приходит одна! Беды обычно ходят стаями.