Ренегат

Рядом тут, переехал в башню, – Фара на секунду отвернулся и махнул рукой в сторону полуразрушенной многоэтажки.

Этого мгновения хватило на то, чтобы громадный ОЦ-33 покинул кобуру и прочертил диагональную линию пулевых отверстий через грудь Фары и голову стоящего рядом бойца, оглашая округу надрывным треском.

Все произошло настолько быстро, что два оставшихся стрелка даже не успели поднять оружие.

Ушедший кверху ствол «Пернача» поравнялся с лицом счастливого обладателя «Сайги», в тот же миг изрыгнув сноп пламени.

Короткая очередь легла аккурат промеж глаз, оставляя в голове бойца опаленную дыру на месте переносицы и извергающийся кровью вулкан на месте затылка.

Стас, промедливший лишнюю секунду, вскинул дробовик и, не целясь, выстрелил в ближайшего и единственного оставшегося на ногах противника, когда тот уже поднял свой «Витязь».

Раскатистый грохот двенадцатого калибра слился с треском автоматной очереди. Тело Центрового оторвалось от земли и, пролетев метра полтора, бухнулось в грязь, разметав вокруг черные брызги.

Левая рука, отсеченная выше локтя, осталась лежать на том месть, где он только что стоял.

– Пассскуда, – завалившийся на спину Фара тщетно пытался дрожащей рукой справиться с автоматом. – Чтоб ты сдох!

Вероломный убийца сделал шаг вперед и грязным ботинком прижал АКМ к кровоточащей груди. Единственный глаз Фары заглянул в дымящееся дуло «Пернача».

– Непременно, – пообещал Коллекционер, и багровый нимб расцвел вокруг головы десятника.

– Сваливаем! – Стас загнал патрон в магазин ружья.

– Погоди.

– Да хрен с ними, с ушами! Уходить надо!"

"Будто в подтверждении только что озвученной мысли метрах в ста левее послышались возбужденные голоса и приближающиеся звуки шлепающих по грязи сапог.

– Блядство! – Коллекционер сунул приготовленный для членовредительства клинок обратно в ножны и рванул в ближайший проулок. – За мной!

– Вон они, суки! – раздалось буквально за спиной, и автоматная очередь размолотила дверь угловой халупы.

 – Твари Потерянные! Сюда все! Они здесь!

Охотник пробежал еще десяток метров и развернулся, резко затормозив.

– Встретим, – направил он в узкое пространство между домами ствол пистолета с торчавшим из рукояти длинным двадцатисемизарядным магазином.

Стас присел рядом, взяв наизготовку дробовик.

Залп грохнул, как только в проеме между черных стен появились два силуэта. Правый, доставшийся Коллекционеру, кувыркнулся назад со вспухшей на груди кожанкой.