Ларс

Его сподручный все это время не отсвечивал и пытался понять нить разговора. Судя по отсутствию какого-либо намека на прозрение в его глазах, понять он смог только одно – мы с воеводой разговариваем.

– За тебя дадут награду, цена которой больше стоимости небольшой деревеньки. А мне деньги очень нужны.

И всего-то? Нужны, банально, деньги? А я нафантазировал всякого разного. Переоценил я оппонента.

И тут мне стало дурно. Эса сказала, что устроит мое приглашение на пир смоленского воеводы, где будут купцы, которые держат Агу. Эса наверняка в курсе финансовых проблем Рогволда. Неужели она сказала Рогволду о том, что за меня можно получить кучу денег, а взамен воевода должен будет помочь вернуть ее брата? Значит, она меня предала? А как же клятва? Вот же я Емеля! Повелся, как последний идиот.

Я дернулся к воеводе, гремя цепями. Моя злая реакция его позабавила. В ответ, приспешник воеводы облил меня ледяной водой из откуда-то взявшегося в помещении ведра. Интересно, что еще я не увидел в этой тюремной камере. Рогволд растянулся в мерзкой улыбке.

– Ах, молодость-молодость, – распевая прогундосил воевода, – сколько сил и энергии тратиться впустую."

"Я обессилено опустил руки. Мое тело обмякло. Обида на этот приютивший мир раздирала душу.

– Ответь на один вопрос, – опустив голову, я спешно пытался собраться с мыслями, – кто сказал тебе, что за меня сулят награду.

Рогволд с подозрительным прищуром разглядывал меня. Его лицо отображалось в образовавшейся луже. Полная луна достаточно ярко освещала его фигуру и противную физиономию.

– Моя земля является центром торговли на многие верста вокруг. Только последняя плешивая собака не знает о гибели сыновей Гостомысла. А цена за твою тыковку известна всем купцам.

Его земля? Это он князя Смоленска за владельца не считает? Интересно, надо запомнить. Значит, купцы ему сообщили обо мне. Неужели я снова зря на Эсу подумал гадости?

За дверью послышался топот. Кто-то кричал о тревоге.

Рогволд зыркнул на своего палача, требуя выяснить, что там происходит. Приспешник направился к двери. Он потянулся к ручке. Как выяснилось, с его стороны это было опрометчивое решение. Дверь распахнулась со скоростью явно приближенной к световой, так как столкновение лба воеводиного помощника с этим дубовым предметом могла бы породить очередную сверхновую. Я с воеводой, раскрыв рты, наблюдали полет этого здоровяка. Его приземление на пятую точку могло бы выглядеть комично, если бы не ужас в глазах местного палача.