Вероника

У той бывали просто приступы бешенства, которые она срывала на Нике.

— Элла — больной человек. Разве можно сравнивать?

— А наследственность? И знаешь, мам, мне и правда иногда кажется, что Ника тоже какая-то.., в Эллу.

— Да ну тебя! — отмахнулась Оксана Юрьевна. — Все пройдет, окончит институт и заберет девочку, все встанет на свои места. А ты съезди к Елене Игоревне, навести. Вы ведь вроде как подружились?

Инга вытаращилась на мать, будто впервые увидела.

— Мам… Нет, ну скажи — о чем мне с ней толковать? Ее любимая тема — Игоречек. И какой умный, и сколько языков знает, и как он без блата в МГИМО поступил. И чего мог бы добиться, если бы так рано не женился. Знаю я эти песни. И что ты меня гонишь по гостям? Может, я дома хочу посидеть?

Ингу сегодня раздражала назойливость матери. В конце концов, не могла же она ей признаться, что Ника нужна была ей для придания утерянной остроты их с Колей отношениям? Теперь, когда Ника стала от роли увиливать, это потеряло смысл. Да и не оживишь их уже с помощью Ники… Пусть наслаждается теперь своим затворничеством с этим занудой Игорем.

Только Оксана Юрьевна открыла рот, готовясь возразить, в прихожей раздался звонок. Инга пошла открывать. На пороге возвышался парнища под два метра, косая сажень в плечах, — и широко и открыто улыбался. Инга слегка опешила, парень — нет. Он уверенно шагнул в квартиру, сгреб Ингу в охапку и приподнял над полом.

— Ты — Инга, Колькина жена, он говорил, что красавица, но что до такой степени…"

"Заметив в дверях кухни Оксану Юрьевну, парень столь же радушно рванул к ней. Инга с ужасом подумала, что этот верзила вполне способен сгрести в охапку и мать и, пожалуй, так же незамысловато приподнять ее над полом. Инга ничего не успела сказать, а только громко нелепо икнула. Впрочем, Оксана Юрьевна оказалась проворнее гостя и поспешно выставила перед собой ладошку. Парень пожал ее, все так же глупо улыбаясь.

— А где Колян? — поинтересовался он.

— Вы — Антон? — первая опомнилась Оксана Юрьевна.

Парень согласно кивнул. Он отдал Инге свою огромную спортивную сумку, и та безропотно приняла ее. Пока раздумывала, куда приткнуть эту громадину, услышала, как гость громко и подробно отвечает на вопросы матери. Через полчаса они уже знали об Антоне если не все, то почти все: и что он баскетболист (когда-то с Колькой вместе кидали мячик), и что теперь надеется показаться и быть принятым в столичную команду, что недавно он первый раз в жизни болел ангиной и ходил с опухшей шеей.