Тихоня на боевом факультете

Секретарь докладывает о нашем появлении. Магистр Айленгор останавливается и пропускает вперёд Мели, затем меня и только после этого заходит сам.

– Ну что ж, юная леди, – сухо заявляет ректор. – Вы полностью оправданы. Магистры сообщили мне, что сами распределят вашу нагрузку. Мне к этому добавить нечего. Если у вас остались претензии к тем, кто обвинил вас в таком преступном действии, вы можете подать мне жалобу официально.

Ректор болезненно морщится. То, что вся ситуация ему не нравится, очевидно. Я тоже не уверен, что её стоит раздувать.

И Мели умница, понимает с полувзгляда.

– Претензий нет, но… – Она мнётся. – Если можно, я бы переселилась в другую комнату.

– Понимаю вас, – кивает ректор. – Сейчас такой возможности нет. Но, если появится, я приму вашу просьбу к сведению.

– Хорошо, – вздыхает Мели и слегка поводит плечами, как будто ей зябко.

Впервые задумываюсь, что кому-то рядом с моей подругой детства может быть некомфортно. Вспоминаю взгляд Кайры, направленный на Мели, нехороший взгляд. Придётся с Кайрой поговорить всерьёз. Мы же с детства дружны, неужели не поймёт?

– В таком случае вы свободны, мисс Ларсен, – говорит ректор. – Все остальные вопросы будет решать ваш новый куратор.

И я понимаю, что сейчас Мели уйдёт.

– Вечером после ужина на полигоне, – коротко заявляет Айленгор.

И я выдыхаю.

Далеко не уйдёт.

– Вы тоже свободны, магистр.

Остаюсь в кабинете. Меня явно ждёт приватный разговор.

Ректор поднимается из-за стола и подходит к окну. Терпеливо жду, созерцая ректорскую спину.

– Вы должны понимать, Кестер, что лорд Варгус хоть и вёл себя неадекватно, но…

– … это потому, что он до сих пор печётся обо мне, словно я маленький ребёнок.

– Рад, что вы это понимаете.

Ректор поворачивается лицом ко мне.

– Он до сих пор считает себя виноватым в гибели вашего отца, хотя мы провели расследование, и его вины там не было. Он, действительно, передал Адриану Алистеру всю имевшуюся у него силу. Потом года два ему пришлось восстанавливаться. Но он до сих пор не может себе простить, что остался жив, в то время как его брат и ваш отец сгинул в разломе. Поэтому вы являетесь для него смыслом жизни.

– Я знаю это, господин ректор.

– Отлично, но это не всё. На вашем месте я бы поговорил с вашей невестой. Не хотелось бы, чтобы вся эта история разошлась по Академии.

Опять это слово «невеста». Впервые думаю о подруге детства с неприязнью.

Но бить себя кулаками в грудь и уверять, что с Кайрой мы всего лишь друзья, не буду.