Тихоня на боевом факультете

Впитываю каждой клеточкой вкус и запах земляники. Моя!

Подхватываю на руки. Невесомая, как пушинка. Вжимаю её в постель. Охает, почувствовав моё возбуждение. Снова впиваюсь в губы. Отвечает. Коготками проходится по моей спине, провоцируя такую волну огня, что я едва не срываюсь.

Разорвав поцелуй, до крови прикусываю свою губу, чтобы удержаться, чтобы не наброситься диким зверем.

Нельзя, рано, ей будет больно. У меня получается не сорваться. Чуть смещаю вес. Дую на разгорячённое лицо. Требую:

– Посмотри на меня, Мели.

Бездонные синие глаза открываются и тут же расширяются, когда мои пальцы добираются до напряжённого узелка плоти.

Терзаю, вырисовываю узоры подушечками пальцев, пока бессистемные вздрагивания её тела не превращаются в непрерывную вибрацию, а затем не замирают на миг перед взрывом. Успеваю накрыть её губы своими, поглощая крик. Чувствую, как удовольствие раскатывается у неё внутри затухающими спазмами. А сам зависаю над пропастью.

Мели

Обжигающие нити пронизывают каждую клеточку тела, переплетаются, стягиваются в узел, перекрывая дыхание, отпускают на краткое мгновение, чтобы сжаться ещё мощнее, а затем распасться.

Кестер терпеливо ждёт, приподнявшись на локтях и прижавшись лбом к моему лбу.

– Кес! – шепчу я, не очень понимая, что со мной и что делать.

Но тело решает само, и я подаюсь бёдрами вперёд.

– Мел-ли, будет больно.

– Знаю."

"Мой голос звучит хрипло. Кажется, я его сорвала.

Резкая боль сметает все ощущения неги. Впиваюсь ногтями в спину Кестера, и он замирает, нависая надо мной.

– Дыши, Мели.

С трудом втягиваю в себя воздух, напоенный терпким запахом сандала и можжевельника, медленно выдыхаю. Осторожно подаюсь вперёд. Боль ещё остаётся, но приглушённая. Кес медленно качается навстречу. Слышу грохот его сердца и частый стук своего собственного в унисон.

Пустоты больше нет. Я переполнена до краёв. Принимаю сильные глубокие движения. Наши стихии переплетаются, сливаясь в единый огненный кокон, который пульсирует в такт движениям тел.

И откуда-то изнутри поднимается и нарастает новая волна наслаждения, перекрывающая все ощущения, которые были прежде. Мы взлетаем на вершину и рассыпаемся потоками горящих искр.

Положив голову на плечо Кеса, скольжу пальцем по ещё не остывшей влажной коже, обрисовывая рельеф грудных мышц и кубики пресса.

Кестер перехватывает мою кисть.

– Мели, не провоцируй меня. Тебе сегодня не стоит повторять.

Замираю, но не от испуга. По телу всё ещё бродят волны наслаждения.