Тихоня на боевом факультете

На самом деле меня интересуют не столько ручки и тетрадки, я почему-то надеюсь, что клыкастик, позавтракав тёмной энергией, вернулся ко мне в комнату. Хотелось бы убедиться, что с ним всё хорошо.

Сажика в комнате нет, но гораздо раньше я замечаю белый конверт, лежащий на полу у самой двери. Кто-то подсунул его в щель.

Меня встречает мрачная Эля, которая с порога заявляет:

– Я не видела, кто это сделал. И я бы на твоём месте не читала. Ничего хорошего такие внезапные послания не приносят.

– Тем более лучше знать, что там.

Поднимаю конверт и надрываю край, чтобы вытащить листок бумаги. Подозреваю, что это очередное требование покинуть Академию, подброшенное лордом Варгусом. Но несколько предложений, написанных аккуратным женским почерком, приводят меня в смятение.

«Твою мать зовут Майя Тейлор. Если хочешь её увидеть – завтра утром в десять у главных ворот Академии тебя будет ждать карета. Придёшь одна. Второго шанса не будет. Пропуск на выход – в конверте».

У меня темнеет в глазах и перехватывает дыхание. Остановившимся взглядом смотрю на имя своей мамы. Если и оставались какие-то сомнения после сна, навеянного клыкастиком, то сейчас они окончательно исчезли. Даже подтверждение магистров меня не до конца убедило. Можно ли ориентироваться на магический рисунок и цвет глаз? Наверное, можно, но вероятность ошибки остаётся. Письмо лорда Варгуса – это ещё одно подтверждение со стороны, уже третье.

То, что письмо от лорда, – это без вариантов, пусть и написано не его рукой. Кому ещё так сильно хочется от меня избавиться? Лорд Варгус, скорее всего, ничего не знает о том, что его уже подозревают магистры, и на всякий случай заметает следы. Так что я отлично понимаю, что это ловушка.

И всё же, что если моя мама на самом деле жива, и только лорд знает, где она находится? Понял, что деньгами меня не взять, и решил надавить на больное? Кто из сирот откажется узнать правду о своих родителях?

– Что там? – с тревогой спрашивает Эля.

Мотаю головой. Не до ответов сейчас. Дрожащими пальцами разрываю конверт. Получается неровно и слишком резко. На пол летит прямоугольная пластина. Вроде металлическая, но ковёр на полу поглощает звук падения. Опускаюсь на колени и, взяв рукой плоскую штуковину, подношу к глазам.

«Выход в город. Амалия Ларсен».

Элин голос доносится сквозь шум в ушах.

– Похоже на пропуск. Что-то мне подсказывает, что ты сейчас глупостей наделаешь.

В горле ком. Сглатываю с трудом.

– Нет, Эля, – хрипло, но твёрдо говорю я. – Не наделаю.