Четвертый эшелон

Небритое отечное лицо, потухшие, ко всему безразличные глаза, свалявшиеся волосы торчали в разные стороны.

«Странное лицо, — подумал Данилов, — как у злого гнома из сказок Перро. — Он даже вспомнил эту картинку, виденную давным-давно в детстве и потрясшую еще тогда его до глубины души. — Точь-в-точь злой гном».

— Я следователь райпрокуратуры Чернышов, — начал Степан Федорович стандартную фразу, — веду ваше дело. Вы обвиняетесь по статьям 136 и 182 УК РСФСР. Вам разъяснить значение данных параграфов Уголовного кодекса?

Задержанный посмотрел на него так, будто решил прочитать что-то очень интересное, написанное на аккуратном бостоновом пиджаке следователя, потом перевел глаза на Данилова.

— Мент, сука, мусор, — его взгляд ожил, — марафету дай! Слышишь! Дай марафету! Не то ничего не скажу. Понял?

— Тихо, Бурковский, тихо, — Данилов встал, — наркотиков вы не получите…

— Дай… Гад… Марафету… А-а-а!

Задержанный вскочил и бросился на Чернышова. Секундой раньше Данилов перехватил его тонкое запястье и, заворачивая руку, поразился силе этого человека.

В комнату ворвались конвоиры. Снова надели наручники на Бурковского.

— Маленький, а здоровый, — покачал головой, отдуваясь, сержант, — я же вас предупреждал. — Он неодобрительно посмотрел на следователя.

— У наркоманов это бывает, — пояснил Чернышов, — психоз, так сказать, высшая форма физического напряжения. Ну-с, что будем делать, Иван Александрович?

— Я думаю, его надо снова передать врачам. Пусть еще немного подлечат его.

— Уведите задержанного, — приказал Данилов.

Он снова сел за стол и поднял трубку телефона: — Лев Самойлович? Данилов приветствует. Да. Да. Пытались мы с товарищем Чернышовым поговорить с вашим подопечным. Да… Да… Буянит… Сколько?.. Еще минимум неделя… Лев Самойлович, я в вашей терминологии аки баран… Да, верю… Верю… Только нужен он нам… Очень нужен… Неужели никак пораньше нельзя?.. Ну, что делать… Вы наука… Вам виднее… Спасибо… Спасибо… Извините, что побеспокоил… Всех благ.

— Я все понял, — Чернышов начал натягивать боты.

 — Стало быть, через неделю. Вы с этим, ну как его?..

— Именно-с. С ним беседовали? — Он наконец натянул свои «прощай, молодость» и взялся за шарф.

— Пока нет. Хочу сегодня. — Данилов помог ему натянуть боярскую шубу.

— Спасибо. Попробуйте. А я завтра заеду.

Данилов и «полковник»

Он сидел перед ним свободно. Легко так сидел, словно не на допросе, а в гости пришел. И папиросу он держал с каким-то особым изяществом. Ночь в камере совершенно не повлияла на него.