Эм + Эш. Книга 2

Так что если ты не хочешь, чтоб твой отец сел, а с твоей девкой случилось что-нибудь нехорошее…

— Если ты не хочешь никому неприятностей, — продолжал Гайдамак, — ты забудешь эту девку и никогда больше не огорчишь Нику.

— Она не девка, — мрачно повторил Шаламов.

Гайдамак спорить не стал. Девка — не девка, не в том суть.

— Зачем вам это надо? Вы же знаете про нас с Эм, знаете, что я люблю её…

— Мне — ни за чем, — устало вздохнул Сергей Петрович. — Ты думаешь, я хочу этих отношений? А уж тем более брака? Да будь моя воля, тебя бы близко с моей дочерью не было. Но Нике ты зачем-то нужен. Ей очень плохо без тебя. А я хочу, чтобы ей было хорошо. И в твоих интересах хотеть того же. Я надеюсь, что со временем она одумается и тогда вы тихо-мирно разойдётесь. Но если ты бросишь её сейчас, она сломается. Потому что сейчас она не готова к разрыву. Я знаю, я уже такое наблюдал.

— Абсурд какой-то! Я же вам не вещь. Я очень хорошо отношусь к Нике, но люблю я Эм. Вы что, не понимаете?

— Это ты, по-моему, ничего не понимаешь. Про свои любови надо было думать раньше, до того, как… — Гайдамак снова вспыхнул. — В общем, дискутировать тут не о чём. Я тебе уже всё сказал, выбор за тобой.

В комнате повисло тягостное молчание.

— Хорошо, чтоб легче соображалось, давай прикинем все возможные варианты. А собственно, вариантов не так уж и много: всего два. Первый: ты соглашаешься со мной, больше не встречаешься с этой своей Эмилией и всячески стараешься сделать счастливой Нику. В этом случае вагоны разгружать тебе больше не придётся. С твоим отцом мы заключаем союз, его бизнес процветает, надзорные органы обходят стороной, деньги льются рекой, ну и прочее. В общем, все живы, здоровы, богаты и счастливы. Второй вариант: ты отказываешься. Бросаешь Нику, остаёшься с официанткой. А вскоре с ней, допустим, происходит несчастный случай. Ты…

— Я не понял, это вы что сейчас, угрожаете убить Эм? Да я же вас…

— Не помню, чтобы я такое говорил. Убить! Придумаешь тоже! Это будет чистой воды несчастный случай. Скажем, личико ей попортят, а может, ноги переломают или ещё что-нибудь. Знаешь, всяко бывает. Не я, разумеется! Что ты! Но сейчас столько психов развелось.

— Только попробуйте… — задохнулся Шаламов.

Гайдамак взглянул на него снисходительно и продолжил:

— Не успел ты оправиться, как новая беда: всплывают вдруг кое-какие бумаги и твой отец оказывается за решёткой. Будет громкий суд, это тоже гарантирую. Прославлю на всю страну.