Эм + Эш. Книга 2

С ним я снова забываю обо всём и очертя голову, с упоением срываюсь в пропасть. И ничего не хочу в такие минуты, только чтобы он был рядом. Он для меня как огонь, которому противостоять я не в силах, хоть и знаю, что это меня погубит.

И я могу тысячу раз сейчас, после утреннего отрезвления, ругать себя и взывать к разуму, оправдываться чем угодно, настраиваться быть сильной и гордой, но, будем честны, повторись вчерашнее снова, и я опять сделаю то же самое. Потому что моё тело и мой разум — предатели, когда он рядом. Потому что сама этого очень хочу. И потому что только с ним мне хорошо, с ним я чувствую себя живой и настоящей. Господи, где же ты, моя гордость? Мне, наверное, должно быть стыдно. А то вдруг кажется — ну какая, к чёрту, гордость? Урвать бы кусочек счастья, иначе жизнь зачем? Сама себя не понимаю. А ещё больше не понимаю Эша. Почему он пришёл ко мне? Ведь у него невеста (как бы невыносимо было думать об этом), он же её любит, раз женится. Он ведь не может жениться из-за денег. Или может? А вдруг он просто поссорился с ней из-за той сцены в ресторане? Может, она выговаривала ему за то, что он вступился за меня?

Так или иначе, но он пришёл. И как смотрел! В самую душу проникал и всё там выворачивал.

В любом случае, мечтать и гадать можно о чём угодно, но я же не наивная дурочка, чтобы надеяться, что он теперь отменит свою свадьбу. Хотя, наверное, даже хуже, чем наивная, раз снова впустила его в свою жизнь. Я же потом мучиться буду без него. Я же с ума сойду, когда он женится. Ну а с другой стороны, как я могла его не впустить? Это же Эш. Мой и не мой…

Как я смогла вытерпеть ту ужасную пятницу в ресторане — сама поражаюсь, а потом ещё и продержаться три таких же кошмарных, мучительных дня. Хотя «продержаться» — это слишком громко сказано. На самом деле все выходные я сидела в этой неприютной норе, и выла, глотая слёзы. А ночами, когда выть нельзя, лежала ничком на этом самом диване, вцепившись зубами в подушку, и задыхалась от невыносимой боли. И ни минуты не спала.

В понедельник же, по-моему, пару-тройку раз… даже не уснула, а как-то просто выпала из реальности на час, полтора. Потом приехала, не поленилась Ада — забеспокоилась, что снова не хожу в институт.

— Я пыталась договориться! — причитала Ада. Она всегда забавно делала брови домиком, когда о чём-то сожалела. — Но Каплунов ни в какую. Сказал, что ты можешь к нему больше даже не подходить. Он, мол, тебя и слушать не станет, но я думаю, что старик просто сейчас очень сердит.