Эм + Эш. Книга 2

Куда он мог пойти с его-то ногой? Кому ещё можно позвонить так поздно? У родителей его не было, Дёмин сонно ответил, что да, они гуляли, но он доставил его до дома в целости и сохранности.

И вот куда его, по словам Дёмина, очень пьяного, понесло? Неужто к ней? К этой проклятой официантке?

«Нет! Пожалуйста, только не к ней!».

Сначала Вероника металась по дому. Потом обречённо рухнула в кресло. Терпеть уже всё это сил никаких не было. Конечно, он у неё. Напился — вот и потянуло. И тогда… тогда ей ничего не остаётся…

Но тут её размышления прервал звонок в дверь. Она бросилась в прихожую. Он вернулся!

— Эдик я волновалась! — выдохнула она со всхлипом.

— Угу, — кивнул он. Присел на банкетку, скинул кроссовки, потом поднял на неё глаза и вдруг спросил:

— Зачем тебе всё это?

У Вероники моментально похолодело в груди. Он всё узнал! От кого? От неё? От Лёвы?

Она судорожно сглотнула, не зная, что и говорить теперь, затравленно взглянула на него.

— Ты же всё понимаешь, — продолжал он устало. — Не можешь не понимать. И всё равно терпишь. Всё прощаешь. Зачем тебе это надо? Зачем тебе я?

«Он ничего не знает!» — выдохнула она с облегчением.

— Потому что люблю тебя, а когда любишь, если не всё, то многое и терпишь, и прощаешь, — проговорила она, еле выдержав его долгий, пристальный взгляд. Как он странно смотрел! Как будто что-то знает, но ведь не знает же! Иначе… даже подумать страшно, что было бы иначе.

Всю ночь не шли из головы слова Эша.

Я две недели ждала его, ну или хотя бы какой-нибудь весточки от него. Мы с Сашей все больницы обзвонили, пытаясь узнать, где его спрятала эта Вероника. Бесполезно! И всё равно я ждала, надеялась, что, по крайней мере, всё прояснится. Должна же я знать, почему он так со мной! Но когда Эш вчера появился, я оказалась совсем не готова. Я даже обрадоваться толком не успела, как он начал говорить какие-то нелепости.

Сначала я решила, что он просто спьяну несёт околёсицу, но теперь думаю, что нет, он действительно думал то, что говорил. Только почему видел? С кем он мог меня видеть? На каком-то мерине… Бред же! И тот случай приплёл — значит, не простил и не забыл. Ещё и от себя насочинял обидное! А может, ему кто-то наговорил? Девчонки из ресторана? Всё равно он мог, он должен был меня спросить, а не оскорблять вот так сразу! Получается, что он другим поверил, а мне — нет?

И всё же, несмотря на горечь и разочарование, мне стало гораздо легче — он не её выбрал, он меня приревновал.