Ты всё ещё моя (СИ)

Я сильная. Я свободная. Я счастливая.

Меня не заботит мнение других. Пусть это даже компашка влиятельной элиты нашей академии.

– Отлично! Оставишь меня здесь одну?

Тут-то моя независимость и ломается. Разбивается о стену Сониной упертости.

– Мы с Сашей только-только притираемся друг к другу, Лиз. И все эти друзья… – красноречиво закатывает глаза. – Ты же знаешь, какие они… Неужели оставишь меня одну?

– Ты мелкая манипуляторша!

Раздосадовано вздыхаю.

– Пусть так… – пожимает совершенно спокойно плечами Соня.

– Ты ведь говорила, что Чарушин в прошлом, – припоминает мои давние слова. – Так в чем проблема?

– Говорила, – отрицать смысла не вижу.

Объяснить все свои чувства все равно не смогу. Да и не обязана.

У меня все было хорошо. Почему я должна переживать эту тряску?

Кроме того… Старая версия меня воспользовалась бы любой возможностью сбежать. Сейчас же, допускаю мысль, что эта встреча – своего рода шанс, пережить все неутоленные чувства и окончательно отпустить прошлое.

Если Артем может… Смогу и я!

3

Даже если мы умрем, не так уж и ужасна эта смерть…

– На счет три, – выкрикивает Артем.

Я без какого-либо стеснения забираю в коллекцию своей памяти еще одну потрясающую картинку – его застывшее перед прыжком сильное тело. На краю бетонного пирса он не один, рядом с ним еще четверо не менее красивых парней. Но вижу я только Чарушина. – Раз… Два… – тянет с веселыми дразнящими нотами. А потом, вызывая у меня мурашки, особенно громко обрушивает: – Три!!!

И они с различными акробатическими вращениями срываются в море.

Задерживаю дыхание, пока ребята не входят в воду. Резко выдыхаю, когда она с плеском смыкается над ними. Так же быстро вдыхаю. И вновь замираю. Безумная пульсация крови отбивается в ушах глухими толчками. Помимо них, вокруг меня десятки других звуков расходятся, но я ничего не слышу. Будто сама под этой свирепой толщей воды оказываюсь.

Забываю о том, что еще пару минут назад смущалась из-за своего раздельного ярко-оранжевого бикини.

Теперь мне не до него.

«Раз, два, три, четыре, пять…» – считаю мысленно.

И с бурным облегчением выдыхаю, когда парни один за другим выныривают. Неосознанно улыбаюсь, слыша, как они забавно фыркают и горланят на всю округу.

– У-у-у-х-ху-у! – направляет Чарушин в небеса."

"Такой откровенный кайф в этом горит, что и меня подхватывает. Закручивает, как могучий тайфун. Вызывает страх, волнение, жуткое головокружение и восторг. Самый настоящий восторг.