Ты всё ещё моя (СИ)

Не нужно обладать особой проницательностью, чтобы понимать, что мой Чара Чарушин будет таким же. Он уже такой. Потому все друзья к нему и тянутся.

Сильный. Уверенный. Настоящий.

С ним изменилась моя жизнь.

Страшно представить, что не обрати Артем на меня когда-то внимания, я бы сейчас была женой Павла и даже не осознавала, что существует что-то настолько реальное, как счастье.

С ним я стала другой. Прозрела. Вдохнула полной грудью. Начала чувствовать. Мое сердце забилось. Мир запестрил разноцветными красками.

И я просто обалдела от его красоты."

"Мы все еще усиленно готовимся к свадьбе, но уже сейчас, оглядываясь назад, я поражаюсь насыщенности и душевной глубине своей новой жизни. Первая половина ноября – мой день рождения, огромная толпа гостей, салюты, потрясающее кольцо от Артема, сотни подарков, море улыбок, смеха и теплых слов. Вторая половина – выбор фасона платья, снятие мерок, поиск идеального места проведения торжества, изучение культурной программы и меню, обсуждение фото- и видеосъемок, моя операция и безумное сближение с Артемом.

Невероятно, но мы снова поднялись на несколько ступеней выше. Встали плотнее. Сплелись всеми возможными образами. Жили вместе даже там, в клинике. Если не считать самой операции, не разлучались ни на минуту. Стоит ли уточнять, сколько раз я срывалась на слезы, тронутая заботой, безграничной любовью и полной самоотдачей Артема в процессе нахождения в больнице.

После этого я осознала, что с ним смогу все. Абсолютно.

Не осталось никаких табу, страхов, сомнений, неуверенности и каких-то личных границ.

Между нами стерлись все черты. Мы еще не семья, но уже стали единым целым. А это, как я поняла, живя в доме Чарушиных, и есть основа.

В декабре я проводила много времени с мамой Таней. Она заботилась обо мне, а я о ней. Мы готовились ко дню рождения Артема, а потом не меньше недели его отмечали. Какое же это было увлекательное, совершенно завораживающее время. Я словно в сказку попала. Непрерывно находилась в ощущении праздника и волшебства.

Я так много улыбалась, и так часто смеялась, что к вечеру уставала именно от этого. Физически. Эмоционально, конечно, нет. Я наслаждалась. Засыпала в любимых объятиях с мыслью: «Скорее бы новый день!».

– Помнишь, когда ты дарил мне эту куклу, говорил, что хочешь, чтобы у меня было все? – напомнила я Чарушину одним из вечеров.

– Помню, конечно, – улыбнулся он, глядя на то, как я перемещаю свой подарок между его кубками и наградами.