Весь Эркюль Пуаро. Том 1

Но неужели такой человек, как вы, мсье, верит в спиритизм?!

– Эх, мадам, за свою жизнь я, поверьте, видел немало странного! А кстати, знаете ли, что говорят о вашем доме в деревне? Что он проклят!

Вдова грустно кивнула. В эту самую минуту постучала горничная и объявила, что обед подан.

– Может быть, вы останетесь и пообедаете со мной?

Мы с удовольствием приняли ее приглашение, и мне показалось, что наше присутствие помогло ей немного отвлечься от тяжкого горя.

Мы как раз покончили с супом, когда вдруг за дверью раздался пронзительный крик и грохот чего-то тяжелого, а вслед за ним – звон разбитого стекла.

Мы вскочили на ноги. В дверях появилась горничная. Шатаясь, она держалась за сердце.

– Какой-то человек… он стоял в коридоре!

Пуаро, оттолкнув ее, выбежал из комнаты. Вернулся он быстро.

– Никого нет, сэр? – слабым голосом переспросила горничная. – О боже, я перепугалась до смерти!

Голос ее упал до едва слышного шепота:

– Мне показалось… я решила, что это покойный хозяин… точь-в-точь он!

Я увидел, как миссис Мальтраверс вздрогнула и побледнела до синевы.

И тут мне пришла в голову ужасная мысль – я вдруг вспомнил старое поверье, что самоубийцы не могут спокойно лежать в своих могилах. Скорее всего, она тоже подумала об этом, потому что со стоном ухватилась за руку Пуаро:

– Господи, вы слышите?! Стук в окно! Три раза… Боже мой, три раза! Это он! Он всегда так стучал, когда возвращался домой!

– Ива, – вскричал я, – это ветки ивы стучат в окно!

Но в комнате уже воцарилась атмосфера страха, будто ледяное дыхание потустороннего мира коснулось нас всех.

Горничная нервно вздрагивала и то и дело озиралась по сторонам. Когда обед подошел к концу и мы встали из-за стола, миссис Мальтраверс стала умолять Пуаро не уезжать. Судя по всему, при мысли о том, что она останется одна в этом доме, бедняжка перепугалась до смерти. Пуаро охотно согласился остаться. Мы сидели в маленькой гостиной. Ветер стал сильнее. Он выл и стонал за окном, точно неприкаянная душа грешника, и от этого все чувствовали себя еще более неуютно. Дважды дверь в гостиную, где мы сидели, с протяжным скрипом вдруг открывалась сама по себе, и каждый раз миссис Мальтраверс, вздрогнув, прижималась ко мне, будто в поисках защиты.

– О боже, эта дверь! Опять! Нет, это невыносимо! – наконец сердито вскричал Пуаро. Подойдя к двери, он с силой захлопнул ее и повернул ключ в замке. – Ну вот, я ее запер!

– Не надо! – пролепетала вдова.