Нелюдь

Ничего его не пугает и не интересует по-настоящему. Дочка в Канаде, сам он уже старый… Поработает тут, получит еще три международных диплома за успехи в теоретической медицине, и на покой. А дочка уж к тому времени местечко в Канаде нагреет для папы. Очень мило.

Но в конце концов светило расчувствовалось и согласилось пофантазировать со мной на предложенную тему — о возможности насильственного изъятия у людей их органов и перевозки их в клиники за границей.

И, кстати, сказал весьма важную вещь.

— Жертв этого, скорее всего, нет, — сказал он спокойно. — Некому жаловаться, понимаете ли… Как говорят американцы — преступление без жертв… Потому что после того, как у человека изъят орган, его удобнее всего убить, а не вылечить.

— Действительно, зачем вылечивать после такого, — согласился я тогда, содрогнувшись.

— Никому не нужны свидетели, — пояснил свою мысль профессор. — Ведь если изъять, например, почку, человеку нужно неделю лежать в постели. Это — тяжелая полостная операция, вы же сами доктор и знаете… Он может за это время кого-то увидеть, запомнить. Потом расскажет. Кто-то нежелательный может увидеть его и заинтересоваться… Нет, батенька, их просто убивают.

Вот и теперь Скелет сам до этого дошел, не имея, как говорится, медицинского образования.

"Может быть, он и плохой человек, этот Скелет, — подумал я, — но умница. Это уж точно".

— Ну и что это нам дает? — спросил я его, когда он сказал о трупах, которые должны оставаться после «донорского изъятия».

— Посмотрим, — коротко ответил он и встал. — Спасибо за консультацию, — сказал он вежливо. — Попробуем что-нибудь сделать. Я с вами свяжусь через пару дней.

Уход его был своевременным, потому что тотчас же пришел мой очередной пациент. Он не болел венерическими заболеваниями, зато у него был сильнейший простатит.

А простатит — это такая штука, которая не разбирает — простой ты человек или один из главарей преступного мира. Как скрутит, так взвоешь… Вот этот человек и ездит ко мне три раза в неделю на двух машинах с пятью охранниками, которые оставались на улице.

В первый раз трое из них пытались войти вместе со своим хозяином, но я этому воспрепятствовал.

— Не надо пугать мне посетителей, — твердо сказал и пациенту, взывая к его здравому смыслу. С таким надо сразу поставить себя и его по местам, иначе сядут на голову. Им ведь кажется, что все для них.

Но пациент все твердил, что его безопасность очень важна и без трех своих горилл он не будет чувствовать себя спокойно.