Нелюдь

Я услышал, как сзади открылась дверь и в комнату вошла Людмила, остановилась за моей спиной.

— Просто мне удалось кое-что узнать о тех мерзавцах, которые сделали это с тобой, — ответил я сдержанно. — Только пока что мы знаем очень мало, поэтому я и не хочу говорить об этом.

— Зачем? — равнодушно произнесла Юля. — Какое это может иметь значение? Папа говорил мне уже, что он предпринимает усилия, чтобы найти их. И тот человек из милиции тоже говорил так же. Он недавно опять приходил, все вновь расспрашивал. И сказал, что он напал на след. Но что толку? Даже если их поймают, мне не станет от этого легче. Даже если их будут поджаривать на костре, у меня не появятся глаза вновь.

Я хотел сказать Юле, что это еще неизвестно, появятся или нет. Меня так и подмывало рассказать ей о Скелете и его идее. Но я не мог этого сделать, потому что отнюдь не был уверен в успехе нашего предприятия и не должен был давать пустых надежд.

— Сегодня мне опять снился сон, — произнесла Юля. — Будто мы все вместе поехали на дачу к тебе, Феликс. Мама, папа и я. И я снова видела всех вас, как прежде. Мы ходили по траве, над нами были деревья, и все это я видела.

Юля помолчала и потом сказала:

— В этом году жаркое лето. Наверное, трава очень зеленая.

Мы с Людмилой молчали. Потом вдруг Юля откинулась на спинку кресла и сказала спокойно:

— Ты как-нибудь отвезешь меня на дачу, Феликс? Мне очень хочется понюхать траву и деревья. И потрогать стволы. Я помню, что у деревьев очень шершавые стволы. Здесь все вокруг очень гладкое, искусственное, — ее пальцы поцарапали полированную ручку кресла. — Гладкое кресло, гладкая бумага, стол, даже постельное белье тоже гладкое. Мне хочется ощутить что-нибудь природное, естественное… Шершавое.

— Конечно, мы поедем на дачу, — произнес я. — Буквально через несколько дней. Я заеду за тобой, и мы поедем. Если хочешь, мы возьмем и маму с папой, чтобы все было как в твоем сне.

— Как во сне не будет, — произнесла Юля. — Во сне я все видела.

Я боялся, что сейчас она опять попросит меня принести ей новую партию таблеток, но она промолчала.

— Давай, я еще тебе почитаю, — сказала Людмила. — А Феликс может посидеть рядом и тоже послушать. Хочешь?

В ее руках появилась толстая Библия, новенькая, в черном коленкоровом переплете.

— Хочу, — ответила Юля.

Библия была заложена закладкой, было видно, что ее читали уже и остановились на каком-то месте.

— Двадцать второй псалом, — провозгласила ровным голосом Людмила и начала читать.