Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!

Истощение определенно имеется, но…

– Нет вроде… Ничего похожего.

– Странно. А это чувствуешь? – Лорд Эллэ еще не договорил, но я уже кивнула. – Халли, мне становится лучше на глазах. Значительно лучше. От твоих прикосновений словно набираюсь сил. Похоже на то, будто я пустой сосуд. Бездонный, судя по всему… Я очень боюсь тебе навредить, вот и спрашиваю. – Он отпустил мою руку и замолчал, пристально рассматривая, а потом неожиданно строго глянул и спросил: – Что произошло Халли? Почему ты все еще здесь?

Я медленно поднялась.

Нет, он что, серьезно?!

– Ты же едва не погиб!

– Знаю, но я отдал приказ.

Отступила на пару шагов. Серые глаза строго буравили меня.

Понимаю, что снова сделала все не так, как было сказано, но слезы обиды против воли подступили к глазам. Тихо возмутилась:

– Приказал?! А мне показалось – просил!

Горячие дорожки расчертили щеки. Вот почему мужчины такие?! Пусть хоть сто раз не правы, важнее отстоять свои принципы.

– Ты бы умер! Как бы я смогла после этого жить?!

– В той клетке… – Из-за всхлипов не получалось нормально говорить.

 – Я думала… они тебя убили! Из-за меня… ты оказался здесь!

– Халли, иди сюда, – повторил Райд настойчиво, разом заставил устыдиться внезапных слез.

Я давно не плакала, не позволяя себе такой роскоши, но сегодня определенно выдался день истерик.

– Ну иди же ко мне, волчонок. – Лорд Эллэ скорчил жалобную гримасу. – Как я могу тебя успокоить, когда ты даже не желаешь приблизиться? Я бы сам подошел – не гордый, только вот пока встать не получается…

Нехотя приблизилась, но, похоже, оборотник лукавил.

Уж больно ловко сцапал за руки и притянул к себе, усаживая на колени.

– Вы… Ты что делаешь?!

Впрочем, сопротивляться быстро расхотелось. Стоило оказаться в мужских объятиях, как на меня вместе с тысячей знакомых уже иголочек снизошел блаженный покой. Не поняла, когда обхватила Райда руками, прижавшись щекой к обнаженной, покрытой светлыми волосками груди. Теплая ладонь гладила по спине, порождая внутри сотни приятных искорок.

Губы ласково, точно ребенку, шептали что-то в макушку. С удовлетворением отметила, что его сердце снова бьется мощно, пусть и немного чаще, чем надо. Мое все равно колотилось вдвое сильнее.

Разом дико захотелось спать.

– Вдруг это опасно? – пробормотала вяло, намекая на странный теплообмен между нами, но даже не стремясь отодвинуться.

– Догадываюсь. Не сопротивляйся, поспи. Я же вижу, ты чуть жива.