Любовь не на шутку, или Райд Эллэ за!

– Сегодня родители впервые так сильно поругались, на моей памяти… – наконец хрипло пожаловался он. – В воскресенье – помолвка Кассандры. Отец уперся, точно архар, и ничего не желает слышать. Мама не одобряет его решение и наотрез отказывается заниматься приготовлениями. Кэс потрясена – не ожидала, что все так скоро случится. Попробовала воспротивиться, и отец ее запер. Не понимаю, что происходит и к чему вся эта спешка. Пусть бы они с женихом хоть немного узнали друг друга прежде, ведь не Средние века… Да и учебу стоило бы закончить, Кассандре нравится учиться, а будущий супруг может увезти ее в свой Тандорон насовсем.

– Но как же так? – Новость потрясла. – Неужели совсем ничего нельзя поделать? А император сумеет его вразумить?

– Думаешь, Алларику есть дело до наших семейных неурядиц? Может, это его идея и есть, только вот на что сдался тандоронский королек Эрессолду, ума не приложу. Что такого есть у него, кроме жемчуга и морепродуктов, чего нет в империи? Среди их знати лла’эно-то днем с огнем не сыщешь…

– А если поговорить с принцем Вердерионом? Вдруг он сможет помочь?

– Вряд ли в этом есть смысл.

Впрочем, я пытался, но сегодня Верд проводит вечер со своей беременной женой. Как-то не слишком вежливо им мешать.

– Но ты же сам сказал тогда в столовой, что нельзя сдаваться! Выходит, ребята зря надеются?

Ответом стал лишь тяжкий вздох. Развернувшись, крепко обняла любимого, прижавшись щекой к теплой груди, и задумалась: что, если по приказу Мая Эллэ и нас разлучат? Подберут Райду невесту по статусу, а меня велят забыть? Великая Мать! От обуявшего ужаса сжалось все внутри.

– Халли, что с тобой?

– Ничего не бойся, мы найдем Кхамлэ и всех его приспешников, а до того буду беречь тебя, как дракон – сокровище.

– Я не Кхамлэ боюсь, а тебя потерять.

Не поняла, как оказалась укутанной в покрывало. Меня так крепко и одновременно бережно сжимали в объятиях, что перехватывало горло от невообразимого доселе счастья.

Мелодичный перезвон едва оповестил об окончании последней пары, как под потолком раздался голос ректора Каррэ:

– Студентка Эрпи, срочно явитесь в деканат.

Безотлагательно!

– Ого! Ты опять что-то натворила? – пихнула меня в бок Малина.

Судорожно принялась вспоминать, где могла проколоться, кроме ночевок в преподавательской ветви, о которых не знал только ленивый. Но с момента возвращения в академию точно не успела вляпаться ни во что противозаконное или дурное. Как-то не до того было.