Тротиловый эквивалент

Глебыч страшно переживал. Был он весь в себе, на запросы из внешнего мира не реагировал. Старый друг развёл его, как дитя, — ватерпас оказался пустышкой... Представляете? Так по хамски с нашим мастером ещё никто не обходился. Мы прекрасно понимали его состояние, и никто по этому поводу даже не пытался злословить. Но он всё равно был в трансе. Толком расслабиться с нами у него не вышло — нам с ним не тягаться в военно прикладном застолье. Наш сапёр начал соображать, куда бы ему направить свои стопы и вдруг вспомнил: сегодня же именины у Михалыча! Того самого, который на радиаторе делает барбекю с кровью.

Вот это придавило товарища — чуть было такое значимое событие не вычеркнул из жизни!

— Так они ведь уже сидят! — воскликнул Глебыч и опрометью ломанулся на выход.

Взял «УАЗ» и помчался. С одной стороны, правильно: если есть колёса, зачем почти километр пешедралом топать, грязюку месить? Приехал к инженерам, велел дневальному машину в парк загнать, сам залез в блиндаж — точно, уже сидят. И как сидят!

Дневальный дисциплинированно выполнил команду — загнал... И кранты нашему «УАЗу». Такая славная тачка была — трофейная, добытая в честном бою. Жалко — до слёз.

Глебыч говорит, что они там, в блиндаже, сначала подумали, что началось землетрясение. У них там полки посыпались, свет погас — снаружи дизель вынесло, и с перекрытия земля посыпалась за шиворот. Вылезли — море огня. Так никто ничего и не понял. Всю ночь коллективно тушили пожар и хвалили зампотеха, что склад с боеприпасами в блиндаже, а блиндаж — совсем не в парке. Был бы поближе, всему полку хватило бы.

Так до сих пор никто ничего и не понял. Имеем лунный ландшафт и много металлолома. Сейчас железо остынет, эксперты работать начнут — ну и Глебыч, разумеется, с ними. Может, чего и прояснят. Рваться там вроде бы нечему, а других разумных версий на этот счёт просто нет. Не полтергейст же этак изуверски пошалил! У нас в армии всех полтергейстов ещё до денежной реформы повывели...

До обеда мы бездельничали в расположении команды. Вернее, бездельничали не все: два члена кое-чем занимались. Глебыч ковырялся в бывшем парке инженеров, а Иванов с натугой рожал вариант обмена Сулеймана на Шаха. Вариант был не просто неперспективный, а прямо-таки утопический от буквы до буквы. Право на существование он имел только в том случае, если Витя внезапно сойдёт с ума и выдаст разрешение попробовать ещё разок наступить на те же грабли.

Не надо думать, что полковник впал в маразм.