Тротиловый эквивалент

«Ниссан» осел на правый бок, чуть развернулся вправо и, наполовину заехав в воду, встал...

Я, так и не сумев сосредоточиться на рыбаках, полностью переключил внимание на основной объект. Мгновенно высветилась рациональная мысль по моей тематике: интересно, водила имеет в копилке ощущений опыт простреленных шин или как? Каждый водитель со стажем знает, как ведёт себя транспорт с внезапно проколотой шиной. Но не каждому в шину стреляли. А из тех, кому стреляли, немногие выжили. Разница, конечно, довольно незначительная: во втором случае, если пуля с хорошей динамикой, отчётливо ощущается удар в ступицу. Но вопрос далеко не праздный. От этого зависит, например, как сейчас наши подопечные покинут салон «Ниссана». Выйдут в полный рост, с недоумёнными восклицаниями, или десантируются через левые двери (стреляли справа) и ползком ломанутся вдоль берега, прикрывая огнём отступление основного лица. В таком случае взять это основное лицо живьём будет довольно проблематично...

Из «Ниссана» вышли четверо вооружённых мужиков — разом, через все двери, в полный рост. Двое тут же присели на колено, направив стволы на «Ниву», водила пошёл смотреть колёса. Оставшийся не у дел коренастый бородач, гладя в сторону «Нивы», негромко позвал:

— Э! Хази хок? Хара мнла ву?

И воровато оглянулся по сторонам.

Это был он самый — наш долгожданный Лечи Усманов.

Из-за «Нивы» вышли рыбаки... с автоматами. Вот ни фига себе, порыбачить мужики приехали! Значит, оружие в салоне прятали. Один, дружелюбно улыбаясь, помахал рукой и воскликнул:

Пу пу пук! — три головы у «Ниссана» в одно мгновение обзавелись не предусмотренными природой матерью отверстиями.

Тюк! Тюк! — рыбаки рухнули пластом по обе стороны от «Нивы». Кто-то более проворный сделал мою работу. Да я и не пытался тягаться в скорости стрельбы с такими мастерами.

Больше пуканий и тюков я не слышал — видимо, Петрушин сработал в унисон с группой, — но Лечи дважды дёрнул плечиками. Сначала правым, как будто ушёл нырком от прямого боксёрского удара, затем левым, пикируя к земле. Упал на четвереньки, скрючился и завыл дурным голосом. Его автомат лежал рядом, теперь уже бесполезный.

— Погнали! — пробурчал Петрушин, выскакивая из за укрытия и устремляясь к «Ниссану».

Серёга и Вася метнулись вслед за ним, снайпера так и остались на позициях — прикрыть, в случае чего.

От переезда послышался рокот приближающегося «бардака». Это господин Иванов с группой «напугания». Я приятно порозовел от сопричастности.