За его спиной

"

"Буквально, раз — и я уже на кровати! Когда? Как? Не успела понять, не успела заметить! И он навалился, и целует, и руки его везде! Везде! И я горю! С ума схожу! И… И позволяю! И сама, кажется, поддаюсь! Как же так возможно? Как же это я?.. Ох…

Не в силах совладать с эмоциями, я натянула на себя покрывало, укутывась и стыдливо опасаясь касаться шеи и груди, где так ярко и сильно горели следы губ Бродяги, повернулась на бок, сворачиваясь в клубочек.

Этот день, так безумно начавшийся, страшно продолжившийся и завершившийся так странно, вконец вымотал меня, отключил голову.

Я не смогла больше держаться, слабая такая, слишком слабая…

Лежала, чувствуя, как слезы льются по щекам, впитываются в подушку, никак не желая останавливаться… Я плакала по отцу, Але, так страшно погибшим, по себе, такой бессмысленной и слабой, не сумевшей ничего сделать, никак не защитившей их и себя.

И о том, что Бродяга ушел… Последнее было совсем уж нелепым, но почему-то тоже причиняло боль.

Серьезно думать на эту тему я не могла, но что-то такое в памяти моталось, тяжелое и гнетущее… Ощущения перемешивались, сливались в одно, слезы текли все сильнее, и я понимала, что впадаю в тихую истерику, но тормознуть себя не могла, не получалось.

Эмоции требовали выхода.

И выходили.

В голове не было больше планов на жизнь, словно все уже закончилось для меня.

В тот момент, когда увидела мертвые глаза отца. Или услышала стук закрывающейся за Бродягой двери…

Не знаю, сколько пролежала вот так, в полузабытьи и смешных попытках отгородиться от мира, но стук в дверь заставил вынырнуть на поверхность.

Почему-то подумалось сразу, что Бродяга забыл ключи. Конечно, он же вылетел , словно пчелой укушенный!

Посмотрела на часы, с оторопью понимая, что уже поздний вечер…

В темной комнате одиноко горел ночник.

Грохотала под ударами дверь.

Ох, ты ж! А у меня даже еды никакой… Он же есть захочет…

Я скатилась с кровати, не думая больше ни о чем, словно отгораживаясь сиюминутными проблемами от страшного, большого мира, кинулась открывать.

И застыла на пороге, пялясь на незванных гостей за порогом.