Тайна его сердца

– Могу ли я надеяться, что вы оставили танец для меня? – спросил Ричард.

– У меня много свободных танцев, сэр. – Такое с ней случалось обычно.

– Этого не может быть.

Айрис проглотила комок в горле. Он смотрел на нее с лишавшей присутствия духа настойчивостью. Глаза у него были темные, почти черные. И в первый раз в жизни ей стало понятно, что означает выражение «утонуть в глазах».

Она могла утонуть в его глазах. И ей это нравилось.

– Я нахожу невероятным, что лондонские джентльмены могут быть настолько глупы, чтобы оставлять вас стоять у стены.

– Мне все равно, – усмехнулась Айрис и, когда увидела, что он не поверил ей, добавила: – Правда-правда. Мне очень нравится наблюдать за людьми.

– Неужели? – удивился Кенуорти. – И что вы видите?

Айрис оглядела бальный зал. На паркете кружились пары.

– Вон, – кивнула она в сторону молодой леди футах в двадцати от себя. – Ее только что выбранила мать.

Сэр Ричард чуть отклонился в сторону, чтобы лучше видеть.

– По ней незаметно ничего необычного.

– Кто-то начнет спорить о том, что получить нагоняй от матери – дело обычное, но приглядитесь внимательнее. Позже у нее появится множество проблем. Сейчас же она ничего не слышит.

– Вы можете определить это с расстояния в двадцать футов?

– У меня есть кое-какой опыт в получении нагоняев.

Кенуорти громко рассмеялся.

– Боюсь, я должен оставаться джентльменом и не интересоваться, за что именно вас отругали.

– Конечно, должны. – Айрис лукаво улыбнулась. Неужели она наконец научилась немного кокетничать? Это оказалось очень приятно.

– Что ж, – кивнул Ричард, – вы действительно исключительно наблюдательны. Я добавлю эту способность к другим вашим достоинствам. Но я не верю, что вы не любите танцевать.

– Я этого не говорила. Я всего лишь сказала, что не люблю участвовать в каждом танце.

– А этим вечером? Вы еще не пропустили ни одного танца?

Айрис улыбнулась ему. Она казалась себе отважной и сильной, что было непривычно.

– Я как раз свободна на этот танец.

У Кенуорти взлетели брови в ответ на такую дерзость, и он немедленно отдал ей поклон.

– Мисс Смайт-Смит, окажите мне великую честь. Я приглашаю вас на танец.

Айрис одарила его широкой улыбкой, не в силах продемонстрировать показное безразличие. Они вышли на паркет, где уже выстроились пары, готовые начать менуэт.

Танец сам по себе был замысловатый, но первый раз в жизни Айрис ощутила, что может танцевать и не думать о фигурах.