Я ее забираю (СИ)

Раздвинув пальцы, он натянул меня до предела, провернул внутри и тут же снова резко вогнал.

Дыхание у меня перехватило, голова закружилась — от высоты ли или от того, что он делал со мной, я понятия не имела. Подалась к нему бёдрами, насаживаясь, желая ещё и ещё. Внутри всё ещё ныло после вчерашнего, но это было ничем по сравнению с желанием, что он распалил во мне за какие-то мгновения.

— Так ты хочешь? — не переставая трахать меня пальцами, прорычал он. — Нравится? — в меня до упора.

От его низкого, сиплого шёпота, меня накрыло новой волной желания. И без того болезненная от возбуждения грудь заныла сильнее, соски напряглись, живот стянуло. Поведя бёдрами, я почувствовала его твёрдость, услышала сдавленный рык.

— Не больше, чем тебе самому, — простонала я в ответ и, не успел стон мой затихнуть, пальцы Макса исчезли.

Подхватив под животом, он дёрнул меня на себя, заставляя прогнуться в спине. Другой рукой Макс схватил меня за волосы. Вскрикнув, я выгнулась ещё сильнее.

— Маленькая сучка, — просипел он и с размаху вошёл в меня. Мой стон слился с его, голова поплыла пуще прежнего.

Вспышка боли мгновенно сменилась удовольствием. Тягучее, горячее, оно охватило меня. Так же, как и вчера, Макс не дал мне ни минуты на то, чтобы опомнится. Намотал волосы на ладонь и, впиваясь пальцами в бедро, стал жёстко брать. Каждый его удар заставлял меня вскрикивать, жадно ловить ртом воздух, а он и не думал останавливаться. Вонзался и шумно, горячо дышал у меня над ухом.

— Так нравится? — потянул за волосы и вогнал член так глубоко, что я закусила губу. Заскребла по стеклу, беспомощная, дрожащая в его руках. — Нравится, когда с тобой не церемонятся, да? — отпустив бедро, он тронул мой живот. Погладил кончиками пальцев самый низ, надавил сильнее и стал вбиваться ещё яростнее.

Опутанная его запахом, я проваливалась в бездну. Шептала что-то, смешивая русский и итальянский, и сама не разбирала, что именно. Бёдра его врезались в мои, тела сталкивались с громкими, вульгарными шлепками. Он шарил по моему телу, гладил живот, тискал грудь и снова возвращался к животу.

— Покричи для меня, — на новом моём стоне просипел он и зажал клитор меж пальцев.

Я закричала. Не потому что хотела доставить ему довольствие, а потому что это было сильнее меня. Чувствовала себя грязной, мокрой, ненасытной девкой и хотела ещё больше.

Подалась к нему бёдрами, ловя его безумный ритм, вторя его толчкам.