Я ее забираю (СИ)

Капля крови скатилась по щеке Макса, сорвалась вниз.

— Давай же, — рвано выдохнула я, стоило ему, замахнувшись, броситься вперёд.

Один точный, сокрушительный удар в челюсть. Казалось, я вижу всё будто в замедленной съёмке. Выгнувшись, Серж упал плашмя. Секунда, две… Макс упёрся руками в колени, на лице его появился яростный, хищный оскал. Тряхнув головой, он стиснул зубы и разогнулся. Держась за бок, осмотрел зал и, как и в самом начале, остановился взглядом на мне, тогда как оказавшийся на ринге конферансье громко считал:

Серж попробовал встать, но тут же повалился обратно. Я знала, что он не встанет. Просто чувствовала это. Прикованная тяжёлым, пламенеющим чернотой дьявольским взглядом, не могла пошевелиться. Во рту пересохло, низ живота обдало уже не теплом — жаром.

— Десять! — громко закончил конферансье, и Макс тут же вскинул руку в победном жесте. Взглядом победителя, лидера обвёл зал, а после вновь обжёг меня.

— Подойди! — громко приказал он и махнул мне. Протянул конферансье руку, чтобы тот помог снять ему перчатку и повторил:

Сама не зная зачем, я взяла со стола бутылку и почти ничего не соображая, пошла к рингу. Люди вокруг шумели, выкрикивали имя Макса, а я, словно в тумане, шла к нему.

— Кобра! Кобра! — в один голос сканировали вокруг. Кто-то помог мне забраться на ринг, подтолкнул и, стоило мне пролезть сквозь верёвки, я оказалась прижатой к горячему, влажному телу Макса. Ещё один миг, и он жадно впился в мои губы. Не спрашивая, не раздумывая. Втолкнул язык мне в рот, как всегда глубоко, подчиняя, так, что голова пошла кругом. Гладил меня по голой спине, тёрся об меня, а я чувствовала его влажный рот, солоноватый привкус пота и металлический крови.

— Вот так, — рыкнул он, удерживая меня.

Выхватил бутылку из рук и сделал несколько глотков из горла. Приподнял в торжествующем жесте и опять впился в мои губы.

— Чёрт подери, я всё-таки хочу тебя, — просипел Макс мне в висок, едва мы оказались в комнате с кожаным диваном.

Прерывисто дыша, я коснулась губами его шеи, почувствовала солёный привкус и будоражащий запах его тела. Древесно-кедровые нотки с примесью чисто мужского, мускусного. Спрашивать себя, что я творю и уж тем более искать ответы, не было ни сил, ни желания. Жар, исходивший от Макса, поглотил меня, пробрался в самое нутро. Руки его похотливо шарили по моим бёдрам, задирая подол платья, сминая меня. Его твёрдый член красноречиво упирался мне в живот, и я отчётливо понимала, что тоже хочу его.