Он. Она. Другая (СИ)

Между нами возникает неловкая пауза, потому что я внезапно вспоминаю, как мы с ним познакомились и как он потом ругался матом на моего мужа и брата. Он, наверное, думает о том же.

— Я побегу, а то меня на работе потеряют. Я отпросилась у начальницы, но не сказала куда еду, — честно признаюсь я.

— Не буду задерживать, — кивает мужчина. — Может, скоро будем коллегами.

— О, я очень надеюсь. Мне здесь так понравилось.

— Ну если понравилось, тогда тем более. Вас проводить? — подняв руку, он указывает на лестницу.

— Нет-нет, спасибо. Я запомнила дорогу. Рада была видеть, — совершенно неожиданно для самой себя, а может уже просто на автомате, протягиваю ему руку на прощание. Он дергает бровью, но делает тоже самое и касается моей ладони.

— Взаимно, — кивает он.

Ладонь у него крепкая, твердая, но теплая. От недолгого рукопожатия отчего-то покалывает в пальцах, и я отстраняюсь первая.

— До свидания! — прощаюсь я.

— Счастливо! — отвечает Нариман, все также стоит на месте, когда я поворачиваюсь и иду к лестнице. Положив руку на перила, все-таки смотрю в его сторону и вижу, как он заходит в один из кабинетов.

Больше года назад этот человек пожелал мне счастья, а ему любви. Мне кажется, я стала счастливее, чем была. А он — нашел ли свою родственную душу. Нет, мир и правда очень тесен, или как говорит моя Ирада: “Земля квадратная, за углом встретимся ”.

Глава 3. Мы друг другу никто

Сабина"

"На пару дней совершенно забываю о собеседовании, потому что у меня температурит Нафиса. Отпрашиваться уже стыдно, поэтому с дочкой остается Ирада, а я еле досиживаю до шести и бегу домой. Как обычно, малышка подхватила вирус в садике, и теперь недельный больничный нам гарантирован. В этой запарке думать о чем-то кроме моей малышки и работы, которую надо срочно закончить, я не могу.

В десять вечера, когда я пытаюсь уложить Нафису спать, звонит ее отец. Я как назло не поставила телефон на беззвучный режим, и дочка, услышав громкую мелодию, тут же отвлекается.

— Это дадака? — спрашивает в темноте.

— Наверное, — обреченно вздыхаю, включая ночник на прикроватной тумбочке.

Ругаюсь про себя, что Таир опять выходит на связь в неподходящее время, и сейчас Нафиса перевозбудится и не заснет. Но ничего не говорю, ведь знаю, что она скучает по папе. Ответив на вызов, сразу же показываю ему дочку, которая машет ему в экран.

— Привет, солнышко! — здоровается он с дочерью. — Как дела?

Нафиса хочет ответить, но начинает кашлять.